Дагот Ур (akievgalgei) wrote,
Дагот Ур
akievgalgei

Categories:

ОБРЯД ВЫНОСА МЕРТВЫХ У ИНГУШЕЙ ЧАСТЬ 1


Погребальный обряд в настоящее время исполняется по правилам ислама. Несмотря на это, основные обрядовые действия семантически приближены к традиционным. Когда человек при смерти или окружающие чувствуют приближение смерти, умирающего переносят в непроходную комнату дома. В настоящее время в этой комнате умирающего человека кладут на ковер или матрац, лежащие на полу (но не на кровать), при этом ногами в направлении «киблы» (инг. «къулбехьа»), т.е. в сторону священной мечети Каабы в Мекке. Близкие родственники постоянно находятся в доме, во дворе и днем, и ночью, осуществляя дежурство. Если человек долго находится в пограничном состоянии, то дежурящих мужчин сменяют другие. О тяжелом состоянии человека сообщается (инг. унахо халагIа хиннав − «больному стало хуже»; «унахо саувзаш ул» − досл.: «лежит, затягивая душу», т.е. при смерти ) ближайшим родственникам (члены семьи, дяди и тети по отцу и матери, двоюродные родственники), которые первые приходят в дом, а затем извещаются дальние родственники. Отправляясь на похороны, провожающие домашние говорили: «ХIанзарчул тIехьагIа дикан тIа латталда шо» − «Пусть вы отныне будете стоять только на хорошем» (т.е. идти куда-либо только по хорошему поводу). В случае смерти используются такие выражения, в которых отсутствует прямое упоминание смерти (инг. шомарша, хьанаьхк кхалхав – пусть вас не коснется, такой-то умер; инг. шомарша, хьанаьхк сацав – пусть вас не коснется, такой-то остановился; инг. шомарша, хаьнаьхк дIаваьннав – пусть вас не коснется, такой-то ушел»). Игнорирование в разговоре самого понятия смерть (инг. веннав), а также использование в выражениях обязательной части «шомарша» (пусть вас не коснется / пусть вы будете хранимы) прямо указывает на установление в вербальной лексике преград к выходу смерти. Все пришедшие выразить соболезнование произносят выражения с использованием теонима Дяла и благопожеланиями в дальнейшем путешествии ушедшего в иной мир (инг. Дала къахетам болба цох – Пусть Дяла смилостивится над ним; инг. Дала вийрза моттиг даькъала йойла – Пусть Дяла место, куда он идет, сделает для него благостным; инг. Дала гешт долда цох – Пусть Дяла помилует его и др.). Основная цель присутствующих в доме мужчин – в момент агонии, наступления смерти успеть прочитать отходную суру из Корана − «Ясин». Иногда бывает, что больному может стать хуже несколько раз, и в каждый такой момент читается «Ясин». Чтение суры останавливается в момент смерти. Затем покойнику закрывают глаза и подвязывают челюсть новой марлевой повязкой. До обмывания покойника накрывают чистой белой простыней. С этого момента близкие родственники начинают непосредственные приготовления к похоронам. В первую очередь родные умершего извещают о кончине человека распорядителя села − «туркх» (суфистских братств – кадырийского или накшбандийского тарикатов). Туркх оповещает всех членов братства о кончине и определяет их срок прибытия для захоронения. Здесь следует отметить отличия в исполнении похоронного обряда представителей различных тарикатов. Так, накшбандийцы сразу после заупокойного намаза уносят покойника на кладбище. Основная же часть ингушей относят себя к суннитам кадырийского тариката суфизма, поэтому далее описываются похоронные действия, проводимые представителями именно этого тариката. В первую очередь, туркх просит принести завещание (араб. васкет). Все остальное по совершению похоронных действий происходит под руководством туркха, согласно завещанию. С момента кончины несколько молодых мужчин из числа дальних родственников с раннего утра отправляются на кладбище, где подготавливают могилу (инг. каш), часть родственников заказывает изготовление надмогильной стелы (инг. чурт). Другая часть родственников подготавливает доски для могилы (используются твердые породы древесины, как правило, дуб, лиственница или чинара) длиной примерно в 1−1,2 м, которыми закрывают нишу в могиле (инг. лахьт). «Ранее, до выселения, вместо досок использовали саманный кирпич». 1688 Кроме этого, мужчины занимаются подготовкой жертвенного мяса (как правило, режут быка или корову), мяса для поминания (режется другая скотина), готовят дрова, большой чан для варки мяса и др.
Похороны как в прошлом, так и в настоящем, представляют собой важное событие, в котором выразить соболезнование было главной обязанностью не только всех родственников и односельчан, но и желающих засвидетельствовать свое уважение покойному. Ч. Ахриев сообщает, что «таким образом собирается в доме семейства покойника каждый день около двухсот женщин, и этот сбор продолжается три дня, а иногда и целую неделю. Число посетителей зависит от большего или меньшего числа родных и знакомых умершего… что касается мужчин, то они преимущественно собираются в день похорон, когда их бывает нередко до пятисот человек». 1690 Похороны и рождение представляют собой взаимосвязанный комплекс, «регулирующий отношения между предками и потомками: смерть вызывает необходимость рождения, которое с неизбежностью ведет к смерти и новому рождению (или возрождению в мифопоэтической традиции)». 1691 Эта цикличность во времени, продуцирует необходимость обнулить, очистить от культурных характеристик покойника, и, наоборот, в отношении ребенка. Семантически обряд обмывания, связан с желанием «смыть» с покойника прежнее состояние социальной жизни и подготовить его к переходу в новое качество. С этой целью возврата в первоначальное природное состояние проводятся различные манипуляции, как то: снятие одежды, выливание использованной воды в укромное, нехоженое место и само купание покойника со стрижкой волос, ногтей и др. Тело покойника представлялось нечистым. Обмывали и обряжали его чаще всего особые обмывальщики (инг. дакъа лувчадераш) – люди с чистой душой и помыслами. Мужчин обмывают мужчины, женщин – женщины. «по совершении омовения покойника на него надевают чистую длинную рубашку и потом завертывают в нарочно сшитый белый саван; в таком виде доставляют его на кладбище; если оно недалеко покойника несут на руках, а в противном случае кладут на арбу…» 1692 Это искусство передается по наследству, просто от знающего и практикующего человека, а сегодня ему учат только муллы. Все, что каким-либо образом соприкасалось с телом умершего, уничтожалось либо раздавалось. Так, одежда умершего передавалась нуждающимся или родственникам и друзьям, а используемая для обмывания специальная посуда (в старину – глиняная) выбрасывалась или разбивалась (сегодня посуда не уничтожается – ислам противоречит этому). Места, куда выбрасывали посуду и сливали воду, считались «страшными». Все это типичные обряды очищения. С момента смерти часть родственников из числа женщин занимаются подготовкой дома для приема соболезнующих (так, в доме освобождаются полы, выносятся лишние предметы, чтобы устроить как можно больше посадочных мест, закрываются зеркала и т.д.) и приготовлением похоронного белья для покойника. Похоронное белье в настоящее время состоит из нескольких метров белой ткани, предпочтительно хлопка или ситца, белых носков, нескольких метров белой ленты, белых ниток для шитья. окрытие покойника белой простыней, заворачивание его в саван синонимично пеленанию ребенка, покрытию невесты покрывалом и имеет одну ключевую направленность – обретение иного статуса: в отношении покойника – статуса мертвеца в полном смысле; в отношении новорожденного – статуса члена человеческого общества, для невесты – статуса жены. Как только собирается большая часть мюридов (членов братства) населенного пункта, они вместе с туркхом заходят в отдельную комнату для совершения обряда чтения «мугI» – произношения 70 000 раз громко «Ла илахIа иллаллахIу» («Нет божества, кроме Аллаха»). Далее все мужчины выходят во двор. После последнего прощания покойника заворачивают в ковер, тело укладывают на специальные носилки (инг. парпа) и выносят во двор. Во дворе раскладывают брезент (или ковры), перед которым ставят носилки с покойником (мужчин располагают головой в сторону восхода солнца, женщин – головой в сторону захода солнца). Далее первым перед носилками становится, предварительно разувшись, мулла, а за ним ряды молящихся мужчин, которые выполняют заупокойную молитву («дакъа ламаз»). Затем эти мужчины (уже обувшись) образуют круг, в середине которого ставятся носилки с покойником ногами в направлении к Каабе (Мекке). Затем 100 раз громко поют, произнося: «Ла илахIа иллаллахIу». Далее делают «дуIа». Смерть издревле в ингушской среде понималась как кончина бренных частей тела, при которой сущность человека не погибала. Данное представление отчасти подтверждается существующим и сегодня скромным оплакиванием усопшего (оплакивают только женщины). «По народному представлению, чрезмерные слезы орошают могилу, и на влажной земле умерший покойник испытывает неудобства, не находя покоя». 1696 Такое оплакивание запрещается мусульманской религией.
Представления ингушей об аналогичной жизни покойников на том свете и живых на этом свете во многом предопределило особенности похоронного обряда. Идея о прямой связи мертвых и живых, например, вылилась во мнение, что «покойник все видит и слышит, поэтому необходимо было, чтобы он услышал, как оставшиеся живые сожалеют о том, что он их покинул». 1697 Есть сообщения, иллюстрирующие, каким образом происходил обряд оплакивания в прошлом. Так, А.Л. Ипполитов, отмечая схожие черты обряда оплакивания у ингушей и осетин в конце XIX века, сообщает, что «у осетин близкие родственницы выражали свою печаль самоистязанием и громкими воплями, а женщины совершали ирон фϞндаг (букв. «осетинская дорога») – очень сложный ритуал оплакивания; войдя во двор покойного, они становились на колени в несколько рядов и ползли, ударяя себя в такт по щекам и коленям; впереди находилась искусная плакальщица, причитание которой вызывало слезы даже у самого черствого человека. Такие же обычаи, – пишет далее он, − были и у вайнахов: близкие родственницы громко рыдали, царапали ногтями лицо, рвали волосы». 1698 Чах Ахриев отмечает, что женщины, как только приходят на похороны «тотчас начинают плакать, причем одна из них плачет вроде запевалы, приговаривая слова, относящиеся к умершему, и ударяя себя в лицо то одним, то другим кулаком. Как только она перестает плакать, остальные женщины, которые шли и слушали ее молча, начинают рыдать все сразу, в один голос». 1699 Похоронная часть народного фольклора представлена несколькими циклами: похоронные плачи, исполняемые в доме покойного в первые три дня, на седьмой и сороковой дни после смерти покойного; песни-воспоминания, исполняемые после похорон или же созданные по поводу разлуки с близким человеком; песни-утешения, успокоения близких умершего. «Похоронные плачи-причитания фиксируют постоянные формулы посмертной персонификации умершего, как показатель его “перехода” в иную форму бытия. Эти формулы отражают стадиально весьма ранние явления». 1700 «Действие причитания сводится к тому, – пишет Л.Т.Агиева, – чтобы разжалобить присутствующих людей и тем вызвать к ним чувство сострадания к усопшему и его родным». 1701 Сомнительным выглядит аргумент направленности плачей и причитаний на вызывание жалости или «сострадания», так как присутствующие на похоронах приходят, чтобы отдать дань памяти, уважения, выразить свое сочувствие и любовь умершему члену семьи или фамилии. Об этом, например, пишет Ч. Ахриев, описывая, как проходило оплакивание умершего женщинами: «При этом они [женщины] соблюдают порядок: четыре из дальних родственниц покойника стоят посреди, а их окружают остальные женщины. Одна из стоящих посередине исчисляет при плаче все те доблести, какими отличался покойник, называя его по имени, какие он мудрые планы задумывал…» 1702 Действия причитающих сводились к иллюстрации значимости покойника, значимости его потери, пожеланий счастливой жизни на том свете. Об этом, в частности, свидетельствуют тексты ингушского фольклора, из дошедших до нас плачей, ранее используемых в процессе прощания с умершим. Iоажал тIаена, каша-лахьатаха йоаккха бийса Даькъала йойла хьа, оалаш. Ночь, которую ты проведешь в нише могилы с кончиной, Пусть будет счастливой у тебя, говоря. 1703 Iуйре ехна ма лелалда шо, Сайре ехна ма лелалда шо, Дуне дехна ма лелалда шо, Да тIавоацаш ма дахалда шо! 1704 Пусть утро у вас не будет разбитым, Пусть вечер у вас не будет разбитым, Пусть мир у вас не будет разбитым, Пусть без отца над вами вы не будете жить! 1705 Традиционным исполнительницами плачей на похоронах были близкие покойного (матери, дочери, сестры, жены, племянницы) или приглашенные на похороны «профессиональные» народные плакальщицы. В основе песен-воспоминаний могут использоваться мелодические напевы элегического склада. К сожалению, творчество неграмотных и истинных поэтесс Ингушетии не записано и не исследовано, и тысячи полных драматизма и выразительности их стихов остаются неизвестными. Постоянно импровизируя и совершенствуя свое мастерство, эти женщины поистине являлись настоящими народными поэтессами. Встану я и некого мне к себе прижать, Боюсь своим палящим дыханием Чужих людей лица обжечь, Боюсь своим горестным словом Чужих людей сердца ранить, Боюсь своим холодным дыханием Остудить горячий ужин счастливцев. 1706 Плачи имели относительно устоявшуюся форму, единое внешнее оформление, но в каждом конкретном случае в ходе импровизации содержание могло изменяться, дополняться. Плакали обычно все женщины; женщине не пролить хотя бы одну слезу считалось неприличным. Но плакать с выражением при этом всех дум семьи, восхвалением усопшего, оценкой его достоинств стало своеобразным искусством, особенно в горной Ингушетии. В горной Ингушетии были известные мастерицыплакальщицы, которые за определенную плату специально приглашались на похороны. Но с течением времени и принятием ислама это искусство было утрачено.
Subscribe

  • ПИТаНИЕ

    ПЕЙ-ЕШ-СОСИ-УЖИН-ВЕЧЕР-ОБЕД-ХРАНИ-ХЛЕБ-МУКА РУССКОЕ ПИТЬ=ЕСТЬ Ингуш.язык баа: биа, буъ, биаьб, баар,биар,буар| кушать |в классе «б»| Ингуш.язык…

  • ЛОРИЙ ДАРБАНЧЕ

    Народная медицина ингушей представляет собой неотъемлемую часть этнической культуры и основана на многовековом народном опыте. На протяжении…

  • БАРСУК

    Из тюркск.; ср. казахск., балкарск., карач. borsuk, тат. bursyk, barsyk, чагат. bursuk Ингуш.язык борцакх: барсук борцакха: барсучий борцакхий…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments