Дагот Ур (akievgalgei) wrote,
Дагот Ур
akievgalgei

Categories:

БЕССКЛАССОВОЕ ОБЩЕСТВО ЧЕЧЕНЦЕВ ИНГУШЕЙ


Все ингуши, все чеченцы считали себя равными друг другу. Не признавая ни князей, ни дворян, они с гордостью говорили, что они все «уздени»(т.е.дворяне)» (Этнография народов СССР, под редакцией С.А. Токарева, Московский государственный университет, 1958 год, с.244.).

...> Чечня и Ингушетия в своем историческом развити не знали ни антагонистических классов, ни деспотических форм правления в прошлом.

Н.И. Березин пишет, что чеченцы, под которыми он подразумевает и ингушей, говорят, что они все князья, все уздени (князь - один из дворянских титулов России, уздени - название дворян на Северном Кавказе).

«И весь народ чеченский дик и груб. Нет у них сословий, нет князей и властителей. «Мы все князья, мы все уздени» говорят они. Одни только рабы, пленные, не пользовались свободой и составляли полную собственность хозяина. Старые обычаи или адаты «канлы», разбои и кражи вечно кипели среди племен. Самые отчаянные грабежи, дерзкие набеги, жестокая расправа, хищничество всякого рода являлись так сказать, чеченской специальностью» (Кавказ (Природа и люди). Н.И Березин. Петроград. 1919, стр. 48).

*Чеченцев и ингушей в источниках 19 и начала 20 вв. называют обобщенным именем "чеченцы". Поскольку чеченцы являлись наиболее крупным нахским этническим обществом,то родственные чеченцам нахские этнические группы также назывались чеченцами в некоторых исторических материалах 19-20 вв. Но ингуши не называли себя чеченцами. Название чеченцы не было популярно и среди самих чеченцев.

Адольф Берже также называет "чеченцами" в том числе и ингушей, и пишет, что они называют себя "узденями" (дворянами).

Лаудаев (ок. 1827 г. - 1890-е гг.) называет чеченцами в том числе галгаевцев и орстхоевцев, и он пишет, что нахское дворянство (узденство) не делилось на степени.

"Чеченцы называют себя узденями (озди или уздень); слово это у них имеет другое значение, чем у их соседей. У последних узденство делилось на степени, слово «уздень», заимствованное ими от соседей, означает у чеченцев «человек свободный, вольный, независимый», или, как они сами выражаются, «вольный, как волк» (борз-сенна)"
(У. Лаудаев, Чеченское племя, Сборник сведений о кавказских горцах. Тифлис, 1872. Вып. VI., VIII. Общественный быт чеченцев).

В 19 веке русский подполковник К. Ф. Сталь писал, что у «чеченцев» (он обозначает этим термином также нахские этнические группы галгаевцев и орстхоевцев) нет правящего класса – ни аристократии (правящей элиты), ни князей (правителей), что все чеченцы – «дворяне».

«Из трех народов, обитающих на северном склоне Кавказа: черкес, осетин и чеченцев, в первых двух аристократическое начало сильно выражено, но у чеченцев нет никакого следа аристократии, и чеченцы хвалятся тем, что они все равные, все дворяне и князей никогда у них не бывало <...> Чеченец расскажет вам свои родоначальные фамилии и тут же прибавит, что эти фамилии не княжеские и не владельческие, что все чеченцы равны между собою, все без [153] различия дворяне, князей никогда у них не было и что чеченцы никогда и никем не были завоеваны»
(Этнографический очерк черкесского народа, К. Ф. Сталь, 1852; Текст воспроизведен по изданию: Этнографический очерк черкесского народа. Составил генерального штаба подполковник барон Сталь в 1852 году // Кавказский сборник, Том 21. 1900;

В данном случае под словом "князь" подразумевается правитель, имеющий подчиненное население. Среди нахов не было князей-правителей, но были князья по происхождению и достоинству - все нахи считались князьями (дворянами).

"«Горская демократия» сформировала особый тип личности чеченца-мужчины, который исследователи пытались определить терминами «горский аристократизм», «крестьянский аристократизм», «демократический аристократизм». Чеченец-уздень превыше всего ценил свой статус свободного, свое достоинство, а нормы тейповой «горской демократии» прямо предписывали ему защищать это достоинство силой оружия, что автоматические делало сообщество мужчин-чеченцев сообществом воинов, – и их с детства воспитывали как воинов (подобно сословию рыцарей в средневековой Европе или самураев в средневековой Японии). Каждый чеченец считал себя равным князю – поскольку над ним не было князя (в отличие от соседних народов)" (А. Тарасов, "На стороне ацтеков").

Описывая нахский клановый союз мялхий, Я. Чеснов писал, что некоторые из мялхий считают себя людьми княжеского достоинства:

“В горах мялхистинцы не утратили воинственный нрав и вели периодические войны с Грузией. (Их территория граничит с Хевсуретией). Мялхистинцы же укрывали Орджоникидзе от поимки царской охранкой. Культ воинственности, наряду с другими горскими ценностями вроде почитания женщины, гостеприимства, по мнению самих мялхистинцев отличает их от других чеченцев. Некоторые из них считают себя людьми княжеского достоинства” (Быть чеченцем: личность и этнические идентификации народа,
Ян Чеснов, кандидат исторических наук, старший научный сотрудник Института этнологии РАН, Москва).

Среди нахов все считались князьями, и соседние народы также признавали нахов за князей. В фольклорной записи "Князь", сделанной Албастом Тутаевым (1855-1941 гг.) говорится, что соседние народы считали их равными ханам (правителям) или высшим узденям (высшим дворянам).

"Ингуши никогда не были подданными какому-нибудь государству, хану, князю или какому-нибудь имаму, а были всегда самовольны, считали их соседи наравне высших узденей или большей частью ханами" (Князь (Фольклорная запись, сделанная Албастом Тутаевым),

Ингуши никогда не были подданными какому-нибудь государству, хану, князю или какому-нибудь имаму, а были всегда самовольны, считали их соседи наравне высших узденей или большей частью ханами"

Каждый ингуш, принадлежавщий к какому-нибудь дворянскому клану, являлся князем (дворянином).

Мы все уздени, говорят Чеченцы, и это выражение должно понимать в смысле людей, зависящих от самих себя <...> коренными Чеченцами должно считать только потомков Нахчууо, которые и до сих пор себя называют по имени своего праотца и составляют сословие узденей, т. е. дворян" (Адольф Берже, Чечня и чеченцы, Тифлис, 1859; стр. 71, 104).

А русский ученый Л. Китаев-Смык отмечает, что каждый чеченец сам себе президент.

"Их этнической особенностью был архаический индивидуализм не только мужчин, но и женщин. Он связан, в частности, с тем, что у чеченцев, в отличие от всех народов Кавказа, и не только Кавказа, не было дворянства, помещиков, князей. В современном выражении: «Каждый чеченец — сам себе Президент!» есть историческая сущность чеченцев" («Психологическая антропология стресса», «Стресс мирного населения при введении на его территорию "ограниченного воинского контингента" (Чечня 1994-1996 гг.)», Л.А. Китаев-Смык).

ЗИГМУНД ФРЕЙД "ТОТЕМ И ТАБУ"

Туземцев Австралии рассматривают как особую расу, у которой ни физически, ни лингвистически незаметно никакого родства с ближайшими соседями, меланезийскими, полинезийскими и малайскими народами. Они питаются исключительно мясом различных животных, которых убивают, и кореньями, которые выкапывают. Среди них нет ни королей, ни вождей. Собрания взрослых мужчин решают общие дела.

Вместо всех отсутствующих религиозных и социальных установлений у австралийцев имеется система тотемизма. Австралийские племена распадаются на маленькие семьи, или кланы, из которых каждая носит имя своего тотема. Что же такое тотем? Обыкновенно животное, идущее в пищу, безвредное или опасное, внушающее страх, реже растение или сила природы (дождь, вода), находящиеся в определенном отношении ко всей семье. Тотем, во-первых, является праотцем всей семьи, кроме того, ангелом-хранителем и помощником, предрекающим будущее и узнающим и милующим своих детей, даже если обычно он опасен для других. Лица одного тотема за то связаны священным само собой влекущим наказания обязательством не убивать (уничтожать) своего тотема и воздерживаться от употребления его мяса (или от другого доставляемого им наслаждения). Признак тотема не связан с отдельным животным или отдельным существом, а со всеми индивидами этого рода. От времени до времени устраиваются праздники, на которых лица одного тотема в церемониальных танцах изображают или подражают движениям своего тотема.

Тотем передается по наследству по материнской или отцовской линии; весьма вероятно, что первоначально повсюду был первый род передачи, и только затем произошла его замена вторым. Принадлежность к тотему лежит в основе всех социальных обязательств австралийцев; с одной стороны она выходит за границы принадлежности к одному племени, и с другой стороны отодвигает на задний план кровное родство.

АНИМИЗМ – ОДНА ИЗ ФОРМ ДРЕВНИХ ВЕРОВАНИЙ ИНГУШЕЙ.

Умалат ГАДИЕВ

В доисламский языческий период вся природа, по воззрению ингушей, была насыщена духами, которые были наделены такими же свойствами, что и человек. Такое одухотворение и есть проявление анимизма.

У ингушей имелись священные камни. Интересные сведения по этому поводу находим в этнографической работе С.А.Хасиева. Он пишет: “…камни с естественными отверстиями, нанизанные на бичеву, мы видим подвешенными у входа в овчарню у Дени Салтаханова и многих других. Ныне даже те, кто подвесил эти камни, затрудняются дать вразумительное объяснение, хотя осталось в памяти народа поверье, что камни эти содействуют размножению скота и оберегают пристанище его от дурного глаза и дурного помысла врагов.

В другом случае камню (гальке) приписывается очистительная роль. Например, повсеместно в Ингушетии считалось, что воду можно употреблять для всяких целей, если она прошла через три камушка. Или другой случай, когда камни излечивали больные и припухшие суставы. Гальку клали в сосуд с водой и ставили на огонь. После того, как галька накалялась, бросали туда какую-то траву (эта трава забыта в народе). Через некоторое время снимали сосуд с огня и давали остыть. После этого каждую гальку тщательно проверяли, нет ли на ней налета, кроме того, который можно было бы соскрести ногтем. Такие камни считались пригодными для использования. Их снова нагревали и обкладывали ими больное место.

К тому же считалось, что если такой камень положить в могилу, то он может спасти покойника от всепожирающего огня на том свете.

Известен и другой случай, когда гальке приписывали лечебную силу жаропонижающего свойства. Для этого брали черную, предпочтительно плоскую гальку и, предварительно подержав её в студеной родниковой воде, обкладывали больное место. Особенно часто такое лечение применялось при врачевании живота и опухших нижних конечностей.

Кроме камней были и священные божества. Наибольшим почетом пользовался у ингушей Бог неба, молнии и грома. По верованиям ингушей, существовал и Бог подземного царства – Эштр или Дела-Эштр. Почитая и боясь его, ингуши заранее приносили ему жертву.

В реках и горных ручьях, по представлениям ингушей, обитает дух или женское божество – Хи нана (мать воды). Своим “плачем” и печальными песнями она якобы предупреждает людей о предстоящих бедствиях. Обычай требовал, чтобы периодически женщины и девушки с молитвой бросали ей в руки жертвенную пищу.

Существовала и особая богиня – мать ветров. Этой богине посвящали понедельники во время покоса и жатвы, чтобы она не разметала сено и хлеб.

Большим уважением пользовался бог Елта. Это царь лесов и зверей и одновременно он является покровителем охотников. Каждый охотник, особенно после удачной охоты, считал себя обязанным принести жертву божеству в виде рогов убитого зверя. По представлению вайнахов, в лесных дебрях обитают особые лесные духи – “алмасы”. Это что-то вроде славянских леших. “Алмасы” бывают и женского пола. Но если “алмасы” - мужчины, то они, по описанию ингушских стариков, действительно схожи с лешими. Все они имеют страшный вид, очень свирепы и коварны, тела их покрыты волосами. Что же касается лесных женщин, то они, наоборот, отличаются статностью и необыкновенной красотой.

Для сравнения, чеченское население Шатоевского района тех же “алмасов” представляло себе иными. По их мнению, лесные женщины - это страшные создания высокого роста, головы их украшают длинные густые рыжие косы. Подняв руки вверх, женщины - “алмасы” любят плясать при лунном свете.

Верованиями ингушей признавалось, что весь мир населен добрыми и злыми духами, от произвола которых зависят судьбы людей. Значительным культом у средневековых ингушей был культ божества Тушоли – это весеннее божество, которое покровительствует плодородию. Ежегодно праздник в честь Тушоли совершался в одно из воскресений в марте или апреле. Со слов столетнего Эльмурзы Хаутиева, много лет исполнявшего функции жреца в святилище Тушоли у с. Кок, Е.И. Шиллинг записал в 1921 г., что Тушоли имела образ женщины. Про неё говорили: “Людей мать”. Ей молились: “О, от бога идущая Тушоли, у всего, что дышит на земле, плод, говорят, зависит от тебя, плодов побольше и обильнее дай нам”.

Сам культ Тушоли, как богини деторождения и всякого приплода, вообще возник в отдаленное время и дожил до позднего средневековья. В прошлом в святилище Тушоли совершались массовые молебны, которые сопровождались сложными церемониями. В них участвовали женщины и мужчины молодого возраста.

Приносились обильные жертвоприношения, из которых определенная часть поступала в пользу жреца. Жрецы должны были гадать, толковать сны, уметь предвидеть и предсказывать. Только в этих случаях они ценились и уважались родовыми членами той или иной общины.

Для полноты картины о религиозных воззрениях средневековых ингушей следует сказать, что у них были и другие, более второстепенные божества или патроны, как Тамыж-Ерды, Амгали-Ерды, Маги-Ерды и др. Большинство из них не имело общеингушского признания, подобно Мятцели, Гали-Ерды. Они были покровителями отдельных общин или групп селений, как например, Гурмет-Ццу, являвшийся типичным районным патроном, почитаемым всего четырьмя селениями в верховьях р.Ассы.

Все эти покровители, как общеингушские, так и региональные, районные и даже родовые (тейповые), назывались ингушами “Ерды” или “Ццу”, что означает “святой”. Множественность средневековых погребальных сооружений доказывает, что в это время в ингушской среде были развиты представления о “бессмертии души”, о “стране мертвых”, о “земле предков”. Люди, безусловно, верили в бессмертие своих сочленов родов. Этим и объясняется проявляемая забота о своих покойниках. Их хоронили в своих родовых или фамильных каменных склепах со всеми вещами, окружавшими их при жизни. Все эти склепы были действительно коллективными, многосемейными и даже родовыми усыпальницами. Надземные склепы насчитывали чуть ли не до двух сотен человек.
Subscribe

  • ПИТаНИЕ

    ПЕЙ-ЕШ-СОСИ-УЖИН-ВЕЧЕР-ОБЕД-ХРАНИ-ХЛЕБ-МУКА РУССКОЕ ПИТЬ=ЕСТЬ Ингуш.язык баа: биа, буъ, биаьб, баар,биар,буар| кушать |в классе «б»| Ингуш.язык…

  • ЛОРИЙ ДАРБАНЧЕ

    Народная медицина ингушей представляет собой неотъемлемую часть этнической культуры и основана на многовековом народном опыте. На протяжении…

  • БАРСУК

    Из тюркск.; ср. казахск., балкарск., карач. borsuk, тат. bursyk, barsyk, чагат. bursuk Ингуш.язык борцакх: барсук борцакха: барсучий борцакхий…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments