Дагот Ур (akievgalgei) wrote,
Дагот Ур
akievgalgei

Categories:

Л.С. Клейн. ВОСКРЕШЕНИЕ ПЕРУНА. К РЕКОНСТРУКЦИИ ВОСТОЧНОСЛАВЯНСКОГО ЯЗЫЧЕСТВА

Л.С. Клейн. ВОСКРЕШЕНИЕ ПЕРУНА. К РЕКОНСТРУКЦИИ ВОСТОЧНОСЛАВЯНСКОГО ЯЗЫЧЕСТВА

Автору посчастливилось открыть, что на Кавказе в ингушском фольклоре сохранились мифические предания о Перуне, цельные рассказы. Однако этот новый источник служит для автора только исходным пунктом исследования. Он не имел бы веса и доверия, если бы не подтверждался другими источниками. Их сочетание позволило восстановить значительные блоки славянской мифологии и систему праздников, посвященных Перуну. Для восстановления привлечены народные сказки (в частности о царе Салтане), народные поверья о ведьмах и русалках, летописные сообщения.

Если оставить в стороне домыслы, выводы по аналогии, косвенные соображения, реконструкции, догадки и обратиться к исходному материалу, к источникам, то окажется, что разрушительное время и победившее христианство хорошо поработали над славянской языческой религией: дошедшая до нас информация о Перуне очень скудна и обрывочна. О восточнославянских языческих богах сохранились лишь несколько бранных выражений, два-три коротких рассказа в летописи о водружении и свержении идолов Перуна и других богов в Киеве и Hовгороде да клятвы именами этих богов в договорах с византийцами. Мало сведений содержат обличения отступников в проповедях ранних христианских вероучителей. Схожие имена богов есть в родственных языках и кое-какие сведения о функциях этих персонажей у родственных народов. Эти сведения относятся не столько к мифологии, сколько к связанным с нею культам. Мифов о Перуне нет.

Только с эпохи Возрождения и изучения античной мифологии начинается в Европе интерес к родным дохристианским явлениям, которые можно было бы сопоставить с античными образцами. Обращаясь к мифологии родственных народов, польские авторы XV – XVI вв. Я. Длугош и М. Стрыйковский путано пересказывали свидетельства русских летописей и то, что могли сами услышать на востоке. В XVII в. к этому прибавились свидетельства немецких, английских и других путешественников в Россию.

В России изучение собственного язычества началось лишь в петровскую эпоху (XVIII век), и вначале заимствовались искаженные представления западных ученых. В начале XIX века ученые всё еще опирались на спекулятивные соображения и создавали длинные списки богов из загадочных названий в поговорках и песнях (А.С. Кайсаров, Г. Глинка и др.). Они хотели представить религию предков как можно более приятной, превосходящей другие языческие религии и близкой к христианству (П. Строев, М. Касторский, Н.И. Костомаров, С.М. Соловьев). Славянофилы, однако, не вполне поддержали эту традицию: они выдвигали идею исконной близости славян к православному единобожию и отрицали вообще у них развитое языческое многобожие. Летописные языческие боги, по их мнению, были принесены на Русь варягами.

Для реконструкции восточнославянского язычества в данной работе использован новый источник – ингушский фольклор. В этом фольклоре есть персонаж по имени Пиръон или Пир|он, которое по звучанию имени очень близко к славянскому имени Перун. Этот вайнахский (ингушский) персонаж интерпретировался фольклористами как дериват [библейского] Фараона (т. е. Пиръон – кавказское искажение слова "фараон"). Однако по функциям он никак не подходит к этой роли: он лезет на небо, гремит громом, поливает землю дождем. То есть совпадает по функциям с громовержцем. Как, однако, он мог попасть в вайнахский фольклор? В последние века, когда русские пришли на Кавказ, они были уже православными, и Перуна в их мифологии не было.
Амулет Перуна

Таким образом, рассказы о Перуне (о его повелениях женщинам лить воду из бочек, о связи с хлебом и мельницей, о попечительстве старикам и детям и др.), находящие соответствия в восточнославянской этнографии (поверья, сказки), могут послужить материалом для восстановления славянских мифов. Для этого нужен анализ связанных с ними славянских сказок.
Концепция Рыбакова отрицает саму возможность заимствования имени Перун у славян, так как по Рыбакову верховным богом славян был Род, а Перун был введен лишь князем Владимиром как дружинный бог. Однако наличие следов Перуна у всех славянских народов опровергает такое его ограничение, а бога Рода у славян вообще не было – это искусственная конструкция древних книжников, основанная на ошибочном прочтении греческих христианских текстов. У византийцев гороскопы назывались "генеалогией" (буквально: родословием или родопочитанием). Такая связь с судьбой, возникающая при рождении человека, и была понята переводчиками как воплощенная в почитаемой фигуре Рода. Отсюда и его связь с Роженицами – девами судьбы, славянскими Парками.

Атрибуты Перуна формировались по логике от функции громовержца, частью издавна, еще во время индоевропейской общности, частью – в позднее время. Ранние признаки - мощность и воинственность, отсюда связь с дубом, топором и стрелами; от воздействия на урожай и плодородия - эротичность, от земледелия и плодородия - связь с женщинами. Четверг же как день Перуна установился уже под воздействием христианского календаря. Таков был образ, разработанный в мифах, которые отложились в ингушском фольклоре.
Рассмотрим сведения, предоставленные нам ингушском фольклором, и их соответствия в восточнославянской этнографии и фольклоре.

В ингушских сообщениях о женщинах, которых Пиръон посылал на небо лить воду, воспроизводя дождь, скорее всего отразились славянские рассказы о ведьмах и колдуньях – "делательницах погоды", как их называли немцы, "молниевых ведьмах". На Украине верили, что ведьмы могут скрадывать дождь с неба и держать его в бадьях. В коллекции Афанасьева представлены записи, что ведьмы летают в поднебесье, и катают там бочки (совсем как в чеченских рассказах о женщинах Пиръона), и разрыв этих бочек производит грозу. Сохранялся в России и обряд разбивания бочек с целью вызова дождя.
Что же содержалось первоначально (по идее) в разбиваемых бочках? В русских сказках в бочку заточают необычных детей (близнецов и т. п.) – предполагаемых детей потусторонних духов – и пускают по морю, а чудесные дети разбивают бочку и выходят на волю, где их ждет великое будущее. Этот мотив повсеместно использовался в житиях узурпаторов, чтобы привязать их к царской династии (Саргон, Персей). В основе этого сказочного сюжета лежит реальный обычай испытания ведьмы – утоплением (если и вправду ведьма, выплывет). Наличие "божьих детей", видимо, вело к замене утопления изгнанием по воде, сплавом – как сплавляли священные предметы, пришедшие в негодность. Утопленные или изгнанные по воде женщины, отмеченные вниманием божества, – это те, кто становился русалками.
Русалки на Руси – утопленницы или дети, умершие некрещеными. От них, не проживших отпущенный им срок и обиженных, ждали зла, но и помощи, потому что их, родственниц или недавних соседок, считали разновидностью ведьм, колдуний. Они властны над погодой (вызывание дождя) и связаны с дубом – деревом Перуна. В обряде "вождения русалки" или "проводов русалки" отразились человеческие жертвоприношения, в которых колдунья или другая женщина посылалась к божеству как ходатай за односельчан.
Провожали и некоторых других персонажей – на Масленицу (ранней весной) провожали Масленицу, на Ивана Крестителя (летнее солнцестояние) бросали в реку Купалу, у южных славян Мару, Марену, и т. д. Подмеченная Проппом общность ряда компонентов обрядности этих праздников очень важна, но вряд ли она объяснима общностью крестьянских работ: сезоны-то разные. Скорее общность нужно объяснять ответвлением одних праздников от других (или другого). Масленичный ритуал с подъемом и скатыванием огненного колеса, увязываемый с магическим обеспечением схождения солнца от верхней точки на эклиптике, соответствует летнему солнцевороту, а не весеннему подъему солнца к этой точке. Но празднование Ивана Купалы, сохранившееся на Украине и в Белоруссии, вытеснено в русских землях христианским постом. Перед постом оно и образовало Масленицу, которой нет на Украине и в Белоруссии. [Там православие не имело государственной поддержки в борьбе с язычеством – государство в этот период было там католическим].
Вероятно, наличие в славянском языческом пантеоне умирающего и воскресающего божества и его главенство повлияли на выбор вер - обеспечили преимущество христианству, с его воскресением Иисуса Христа, и облегчили славянам сравнительно быстрое восприятие христианства. Главная мистерия христианства была им близка и понятна по сути.
Есть большая вероятность, что Перун, уважаемый стародавними русинами, самое божественное существо после бога Вседержителя, означал также Светоносное начало. Название его, и в украинском и в других славянских языках означает гром (сравн. греч. Огонь; Зенд. Пеирамунъ, света, небесная обитель) и выражения: Перун убил, Перунова стрела и др. указывают на то, что он владел громом и молнией, был громовиком, но, кроме того, он, кажется, означал видоизменение света. В литовской мифологии он назван Перкунасом. Перун был (подобно Святовиту) богом войны и мира; русины клали к его подножию оружие и клялись при заключении сделок богом Перуном - Владимир Великий поставил Перуну болван в Киеве, а Добрыня (дядя и воевода его) - в Новгороде. Огонь был священным признаком богослужений Перуну.
Птица Перуна — орёл.

Ингушский язык пури "еда"/ пурни "пекарня"/ пхъир "ужин"/ пхъор "плод"/ пхъорол "беременность"/ ингуш.яз. той "пир"
ИНГУШСКИЙ ПЕРУН!
свое время известный археолог и филолог Л. С. Клейн разыскал инкорпорированные в вайнахский фольклор фрагменты мифов о славянском боге-громовнике Перуне. В ингушском фольклоре известна сказка о двух братьях, старший из которых хочет обделить младшего, но младшему удается хитростью взять верх, поскольку он обладает способностью при желании отправляться на тот свет, откуда он приносит водяную мельницу. Как пишет Л. С. Клейн, эта сказка не представляла бы особого интереса, «если бы не имя младшего брата – Селий Пиръа, что значит Пиръа, сын Селы – вайнахского бога грома и молнии. Имя Пиръа из вайнахских корней не этимологизируется…». В двух других легендах, в которых фигурирует персонаж по имени Пиръон, комплекс атрибутов бога-громовника проступает значительно отчетливей. Согласно одной из легенд, Пиръон создал медные своды небес. Он заставлял женщин подниматься на самодельные своды небес и лить оттуда воду. Другая легенда сообщает следующее:
«Пиръон спорил с богом. По краю вселенной он сделал навесы из бронзы наподобие небес. По ним он с шумом катал бочки, лил из них воду.
– Разве я не громовержец?! Разве не по моему велению идут дожди?! Разве я не бог?! – похвалялся он.
Пиръон прожил пять сотен лет. Хотя он вступал в пререкания с богом, тот ему все прощал, так как Пиръон имел три добродетели: считался со старшими, ласкал детей и бережно относился к хлебу» (8). Все сообщения хорошо вписываются в модель типичных поведенческих признаков языческого бога-громовника. По словам Л. С. Клейна, «близкое сходство, чтобы не сказать полное совпадение, имени Пиръона с именем славянского Перуна при тех же функциях не может быть случайным, а имя Пиръон – более полная форма того же имени, что и Пиръа», так что отрицать коммутативность славянского Перуна и кавказского(ингушского) Пиръона не приходится.
Действительно, как пишет Л. С. Клейн, «когда в XIX веке русские войска вошли в Ингушетию и Чечню, русские солдаты уже никак не могли принести туда живые воспоминания о Перуне, в XVI – XVIII веках гребенские казаки вряд ли почитали Перуна, а в предшествующие века долго не было реальной возможности для контактов вайнахов с русскими»
Великий Села, у ингушей Бог грома и молнии, отец бога Елта, его дочь Села Саты, муж богини Фурки. Селе подвластны люди, боги; в его бурдюках заключены стихии: из одного он выпускает снежную вьюгу, из другого - мороз, и т. д. Радуга - это лук Селы, который он вешает на небо, молнии - его стрелы.
Села считался также богом справедливости. Увидев на земле неправедные поступки, он громом предупреждал провинившегося, чтобы тот исправился. Если человек не желал исправляться, Села поражал его стрелой-молнией. Луком Селы считалась радуга — «Селай Iад» («лук Селы»).
После восстановления справедливости Села вешал свой лук на небо, и появившаяся на небе радуга возвещала людям об этом. В честь погибшего от молнии ставился памятник - селинг. Пятый месяц ингушского календаря был посвящен Селе и назывался Сели бутт. Он примерно соответствует маю (год начинался у ингушей в первый день после зимнего солнцестояния).
Селе был посвящен праздник, отмечаемый после первого грозового дождя и радуги.
В мифологии ингушей считается, что богоборец Курюко похитил у бога грома и молнии Селы для передачи людям овец, воду и тростник для строительства жилищ. В этом ему помогают семеро сыновей Селы, которые должны были охранять вход к нему. Разгневанный Села приковал Курюко к горной скале, а сыновей в наказание подвесил к небу, они и составили созвездие Большой Медведицы.
Грозный Села имеет свою тронную гору Цай-лам. Если она не закрыта тучами, значит Села отдыхает и не будет непогоды и дождей. У Селы есть огромный меч, которым он рубит зловредных духов «цолаш» которые временами подкрадываются к горе Цай-лам, чтобы навредить ему. Проснувшись, тогда он в гневе кричит и рубит их мечом. Вот поэтому в грозу сверкает молния и гремит гром. По воле Селы богиня Миха-нана гоняет ветер, а богиня Хи-нана льет дождь.
Если Селе понравится какой-нибудь человек, он поражает его молнией. На месте гибели такого человека строили небольшой склеп. В него в полном снаряжении сажали пораженного молнией и перед ним накрывали небольшой стол с угощениями. Когда долго не бывало осадков, люди выносили тела этих покойников из склепа, и Села посылал дождь, чтобы им омыть тело этого покойника.
Его дочь, которую зовут Села Сата, была большой искусницей. Она могла за одну ночь соткать и сшить одежду на шестьдесят человек. Говорят, она дала женщинам нитки, иголку, наперсток и ножницы. Села же, говорят, дал людям оружие, мечи, копья.
Его сыновей зовут Одноглазый Елта, и Перон "Села Пийра".
Если у Цай-лама кто-нибудь видел летающего орла, он возносил ему молитву, так как считалось, что Села иногда летает по небу в облике орла.
Птица Селы — орёл.
Радуга это Лук Селы по ингушски Села1ад ГД Села –Бог Дождя Гроз и Молнии, Ад- лук.
По ингушски радуга Села1ад: Лук Селы.
Свое время известный археолог и филолог Л. С. Клейн разыскал инкорпорированные в вайнахский фольклор фрагменты мифов о славянском боге-громовнике Перуне.
Ммя младшего сына бога Селы – Селий Пийра, что значит Пийра, сын Селы – ингушского бога грома и молнии.
также зовут его Пиръон- Он создал медные своды небес. Он заставлял женщин подниматься на самодельные своды небес и лить оттуда воду.
«Пиръон спорил с Селой. По краю вселенной он сделал навесы из бронзы наподобие небес. По ним он с шумом катал бочки, лил из них воду.
Пиръон прожил на Земле пять сотен лет. (500 лет), а потом внезапно исчез.
Дабогу (Даждьбог), а слово солнце синоним Даждьбогу (смотрите ипатьевскую летопись 1114 года)
Даждьбог (Дабога), западнославянский Богада и галгаевский Богада-эла не только одно и то же, но и объяснимы по этимологии только на языке галгая. Бога - чаша небесная, да - отец, хозяин.

В ингушской легенде "Сказание о Села Сате" говорится, что среди нартов жила очень красивая девушка. Пришел ее смертный час.Она поручила Сеска Солсе три ночи караулить ее могилу. Когда на третью ночь уставший Солса под утро задремал, Села осквернил ее труп, и она тотчас же родила от него дочь. Сеска Солса проснулся и ранил убегавшего Селу. Из этой раны у Селы выходят внутренности, и урчание производит гром. Сеска Солса взял дочь Селы и принес ее домой. Ее стали называть Села Сатой. Она стала вдвое краше своей матери и вышла замуж за человека, жившего на небе вместе с Селой.
Млечный путь, называемый "Ча токхадаь мотт" (т.е. "место, по которому пронесена солома"), образовался, по преданию, в том месте, где Села Сата пронесла солому для брачной постели образовался Млечный Путь(Галактика).
Уходя из дома за соломой, она приготовила из теста треугольный хлеб и положила его в горячую золу с угольками; пока она возвратилась, два угла хлеба сгорели, а один уцелел. На небе теперь видны три звезды, образующие треугольник: одна - светлая, а две - темные; они называются Сата - Боджал ( Треугольный хлеб Саты). Ингуши, проживающие на равнине, называют их "Кхо ког" ("Три ноги", в смысле треугольник).
Тоже самое сделал Тамплиер (получив Мертвую Голову) (этот ритуал) есть у масон в каком градусе.
У ингушей в древности эти три ноги имели какое-то символическое значение. Стулья и столы также делали на трех ногах.
Древние Храмы горной Ингушетии: посвященные СЕЛЕ:
"Мят-Сел"-IV-VIIIвв.
Дик-Села"-В окрестности с.Духьар-гашта VI-VIIIвв.
"Морч-Села"-с.Моржчие.
Селашатс"-Столпообразное святилище ус.Лялах VIII-Xвв.
"Селяште"-с.Йовлий, VIII-Xвв.

Л.С. Клейн Воскрешение Перуна
Это книга о славянском язычестве, о пережитках его в христианской религии и в фольклоре. Книга (изд. Евразия, С.-Петербург, 2004) представляет собой новое исследование старой темы, которая в последнее время вновь обратила на себя внимание в связи с оживлением спора почвенников и западников о своеобразии культурного развития России. Оживлению спора способствовало также снижение критериев научного уровня публикаций и возвращение в литературу забытых фальшивок типа Велесовой книги. Обращение дилетантов-почвенников к Велесовой книге не случайно. Ведь их давняя мечта - предъявить свидетельства богатства и своеобразия древнерусской мифологии. А Велесова книга не находит аналогий в других источниках.

Между тем, о древних восточнославянских богах было известно очень мало -отдельные пассажи в поучениях христианских вероучителей, поговорки, скудные заметки иностранцев. Связных сюжетов славянской мифологии не было известно. Исследователи восстанавливали их по косвенным данным, за­частую очень недостоверно.

Автору посчастливилось открыть, что на Кавказе в чечено-ингушском фольклоре сохранились мифические предания о Перуне, цельные рассказы, занесенные тысячу лет назад переселением славян в перипетиях издавна драматической истории этого пограничного района (переселение пленных славян арабами до принятия христианства). Однако этот новый источник служит для автора только исходным пунктом исследования. Он не имел бы веса и доверия, если бы не подтверждался другими источниками. Их сочетание позволило восстановить значительные блоки славянской мифологии и систему праздников, посвященных Перуну. Для восстановления привлечены народные сказки (в частности о царе Салтане), народные поверья о ведьмах и русалках, летописные сообщения.

Автор, ученик В. Я. Проппа, не принимает ни схему славянской мифологии, сконструированную академиком Б. А. Рыбаковым, где Перун — заурядный бог из окружения бога Рода, ни другую - построенную В. В. Ивановым и В, Н. Топоровым, в которой во главе пантеона стоят на равных Перун и Велес. В представлении автора книги Перун выступает умирающим и воскресающим божеством, близким к восточным богам, а из греческих - к Аполлону. Он также был божеством плодородия и урожая. Два основных праздника, посвященных Перуну, - проводы его (похороны) и воскрешение - составили основу календаря и сохранились пережиточно как Купальская ночь и Святки. Некоторые обряды носят сугубо эротический характер, что естественно для бога плодородия. Пережитки их сохранились еще в XIX - начале XX вв. Купала, Кострома и Ярило рассматриваются как ипостаси Перуна.

Летописный рассказ о низвержении Перуна на самом де­ле представлял собой описание непонятого летописцем обряда проводов Перуна. С победой христианства часть купальских обрядов перемести­лась и образовала Масленицу, которой до возникновения Московского государства вообще не было. Это праздник сравнительно новый.

Доказательное восстановление основных узлов в системе славян­ского язычества, сюжетов славянской мифологии и языческих обрядов, несомненно, вызовет интерес широких читательских кругов. Славянское язычество оказывается не таким, каким оно рисовалось по недавним исследованиям авторитетных ученых.

В книге 10 глав: 1. Всё о Перуне. - 2. Перун на Кавказе. - 3. Норманны, арабы, славяне. - 4. Перун среди богов. - 5. Бочки на медном небе. - 6. Царь Салтан и русалки. - 7. Проводы Мары. - 8. Широкая Масленица. - 9. Смерть Перуна. - 10. Воскрешение Перуна. Отдельные разделы книги публиковались в научной периодике (журнал "Советская этнография"), в сборниках и в тезисах докладов на академических конференциях.

Написана книга общедоступным языком, а сюжет и материал гаран­тируют занимательность.

Книга снабжена иллюстрациями, библиографией и указателями, а также пространными резюме – русским, английским, немецким и польским. Она рассчитана на читателя, интересующегося отечественной историей, ранней культурой славян и вопросами истории религии. Объем ее - ок. 30 авт. листов (ок. 480 стр.).
Резюме

Если оставить в стороне домыслы, выводы по аналогии, косвенные соображения, реконструкции, догадки и обратиться к исходному материалу, к источникам, то окажется, что разрушительное время и победившее христианство хорошо поработали над славянской языческой религией: дошедшая до нас информация о Перуне очень скудна и обрывочна. О восточнославянских языческих богах сохранились лишь несколько бранных выражений, два-три коротких рассказа в летописи о водружении и свержении идолов Перуна и других богов в Киеве и Hовгороде да клятвы именами этих богов в договорах с византийцами. Мало сведений содержат обличения отступников в проповедях ранних христианских вероучителей. Схожие имена богов есть в родственных языках и кое-какие сведения о функциях этих персонажей у родственных народов. Эти сведения относятся не столько к мифологии, сколько к связанным с нею культам. Мифов о Перуне нет.

Только с эпохи Возрождения и изучения античной мифологии начинается в Европе интерес к родным дохристианским явлениям, которые можно было бы сопоставить с античными образцами. Обращаясь к мифологии родственных народов, польские авторы XV – XVI вв. Я. Длугош и М. Стрыйковский путано пересказывали свидетельства русских летописей и то, что могли сами услышать на востоке. В XVII в. к этому прибавились свидетельства немецких, английских и других путешественников в Россию.

В России изучение собственного язычества началось лишь в петровскую эпоху (XVIII век), и вначале заимствовались искаженные представления западных ученых. В начале XIX века ученые всё еще опирались на спекулятивные соображения и создавали длинные списки богов из загадочных названий в поговорках и песнях (А.С. Кайсаров, Г. Глинка и др.). Они хотели представить религию предков как можно более приятной, превосходящей другие языческие религии и близкой к христианству (П. Строев, М. Касторский, Н.И. Костомаров, С.М. Соловьев). Славянофилы, однако, не вполне поддержали эту традицию: они выдвигали идею исконной близости славян к православному единобожию и отрицали вообще у них развитое языческое многобожие. Летописные языческие боги, по их мнению, были принесены на Русь варягами.

С середины XIX века начались исследования компаративистов, которыми было установлено родство систем богов индоевропейских народов – родство славянской системы системам греческой, римской и индийской. Весь пантеон стали возводить к пантеону индоевропейского пранарода. В духе солярно-мифологической школы происхождение антропоморфных божеств мыслилось через поклонение природным явлениям и через поэтические аллегории (Д.О. Шеппинг, А.Н. Афанасьев). В духе диффузионизма А.С. Фаминцын развивал концепцию славянофилов, но Н.И. Кареев отстаивал вторичность монотеизма. Эволюционизм, развившийся в 70-х – 80-х годах XIX века, выводил образы богов из низшей демонологии – веры в духов (в России Н.Ф. Сумцов).

Эволюционизм и диффузионизм проявлялись в творчестве Любора Нидерле и А. Н. Веселовского, которые считали, что славяне так и не развили мифологии, оставшись на уровне демонологии. Другие исследователи отвергали построения мифологической школы по другим причинам: они упирали на нехватку фактов и не верили в достоверность гипотез (В. Ягич, Х. Махал, Л. Леже, А. Кирпичников).

В трудах ученых начала ХХ века (Е.В. Аничков, Н.М. Гальковский, В.Й. Мансикка) скептицизм был преодолен и на первый план выступил анализ поучений православных вероучителей против пережитков язычества. Опираясь на них, исследователи невольно заимствовали и оценку язычества как грубой и примитивной веры. Аничков считал, что Русь кишела мелкими божками, а крупные антропоморфные боги были заимствованы у варягов – тут он опирался на работу С. Ружнецкого о Перуне, якобы повторяющем Тора.

Тенденцию усиливать признаки монотеизма в славянском язычестве подхватили в ХХ в. польские ученые (Х. Ловмяньский, В. Шафраньский, Л. Мошиньский), в чем, возможно, влияние атмосферы католицизма. Перун для них не просто главный бог, а единственный бог, остальные – лишь его ипостаси.

В советской среде воинствующий атеизм надолго застопорил изучение славянского язычества: критический запал марксистов обратился на главных врагов – христианство и ислам. Однако незадолго до Великой Отечественной войны интерес к язычеству возобновился в связи с общим поощрением патриотических тенденций в стране. Были созданы четыре концепции славянского язычества, и во всех четырех центр тяжести был перенесен с материалов истории на этнографию и археологию.

Первую концепцию развивали официальные лидеры советской науки академики Б.Д. Греков и Б.А. Рыбаков. По этой концепции славяне, обитая испокон веков на тех же землях, что и сейчас, за несколько тысяч лет до н. э. создали пашенное земледелие, государственность и развитую языческую религию, очень близко подошедшую к христианству.

Для реконструкции восточнославянского язычества в данной работе использован новый источник – чечено-ингушский фольклор. В этом фольклоре есть персонаж по имени Пиръон или Пир|он, которое по звучанию имени очень близко к славянскому имени Перун. Этот вайнахский (чечено-ингушский) персонаж интерпретировался фольклористами как дериват [библейского] Фараона (т. е. Пиръон – кавказское искажение слова "фараон"). Однако по функциям он никак не подходит к этой роли: он лезет на небо, гремит громом, поливает землю дождем. То есть совпадает по функциям с громовержцем. Как, однако, он мог попасть в вайнахский фольклор? В последние века, когда русские пришли на Кавказ, они были уже православными, и Перуна в их мифологии не было.

Оказалось, что в VIII веке н. э. арабский полководец Мерван II с войсками прошел с юга на Сев. Кавказ, углубился в хазарский каганат, в частности на славянскую территорию (подошел к реке сакалибов), взял 20 тысяч пленных и, уведя их с собой, поселил их на Сев. Кавказе, в Кахетии, т. е. по соседству с Чечней. От этих пленных и могли проникнуть к вайнахам мифы о Перуне, которые, столкнувшись с собственной мифологией вайнахов, должны были утратить святость и "опуститься" в фольклор. Таким образом, рассказы о Перуне (о его повелениях женщинам лить воду из бочек, о связи с хлебом и мельницей, о попечительстве старикам и детям и др.), находящие соответствия в восточнославянской этнографии (поверья, сказки), могут послужить материалом для восстановления славянских мифов. Для этого нужен анализ связанных с ними славянских сказок.


Что делал на Кавказе славянский бог Перун?
К сожалению, в России практически не сохранилось дохристианских источников, повествующих о традиционном мировоззрении. Зато в сказках и легендах ингушей и чеченцев можно найти любопытные сведения о славянском Перуне. Он в них именуется Пиръоном и находится в противоречивых отношениях с мусульманским Господом. Почему можно это утверждать? Согласно преданию, «Пиръон создал небеса и землю. Чтобы взобраться на это небо, нужно много времени. Настолько много, что если гнать на небеса осла, то понадобится столько времени, что трехгодовалый осел по возвращении сдохнет от старости». По другим вариантам, этот же самый Пиръон создал медные или бронзовые своды небес, и «по ним с шумом катал бочки, лил из них воду», т.е. выступал в качестве громовержца. В сказаниях отмечается, что Пиръон позволял себе спорить с Господом, и «хотя вступал в пререкания с Богом, тот все ему прощал, так как Пиръон имел три добродетели», а именно: «считался со старшими, ласкал детей и бережно относился к хлебу». Заметим, что эти добродетели до сих пор почитаются как основополагающие. Что, если предположить, что при введении христианства на Руси часть язычников укрылась на Кавказе? Но если так, то они были приняты местным населением тепло и доброжелательно, иначе не сохранились бы подобные предания.
Но – увы – Пиръон испустил дух, как только отказался от этих добродетелей. Спровоцировала его на это некая гам, то есть ведьма, колдунья либо оборотень. Эта коварная дама сказала Пиръону, что люди над ним смеются по трем причинам: «Ты уважаешь древних, ни к чему не пригодных стариков, место которых на кладбище… ты ласкаешь грязных, сопливых детей… еще люди смеются над тобой из-за твоей жадности, ты слишком бережно относишься к хлебу, даже собираешь крошки». Бедолага Пиръон повелся на провокацию и в разговоре с гам пообещал, что больше так поступать не будет. И тут же поплатился жизнью.
По другой легенде, Бог покарал Пиръона совсем за другое. Он, создав медные своды небес, заставлял женщин подниматься на них и оттуда лить воду. «Пиръон утверждал, что на небе и земле только он один – Бог, и заставлял всех работать на себя». Однажды женщина, которую принудили отправиться на небо для этой работы, в сердцах послала проклятие Пиръону: «Да покарает тебя Бог, какой ты бесчестный». Бог внял этим словам и тут же убил Пиръона. Заметим, что в обоих случаях причастна к кончине Пиръона женщина. Но сказания называют его падчахом, то есть царем, что это очень важно. И даже подсмеиваясь над персонажем, воздают ему уважение. Особенно примечательно это в связи с тем, что в мусульманстве и христианстве языческие боги обычно низводятся до мелкой нечисти. А Пиръон – Перун в эту категорию не попал и порой даже ставится на один уровень с Богом. Это наводит на мысль, что почитание его было значительным и распространенным, а община русичей – язычников существовала на Кавказе достаточно долго, потому и сохранились сказания о славянском громовержце. Умели же наши предки уживаться друг с другом! Связи между народами существовали давным-давно, и к этому наследию стоит относиться с уважением и благодарностью, не поддаваясь сиюминутным выводам о кардинальных различиях и неразрешимых противоречиях национальных культур.
Автор Валентина Понаморева

Ингушский язык пиро "огонь в каменном помещениее разжигаемый для старца(по словам стариков рода Кодзоевых Пиро горел постоянно"
Ингушский язык пирхаск "подросток"
Ингушский язык пир "старец"
Ингушский язык пирзий "розетка"
Ингушский язык пирхудар "манная каша, букв. каша для стариков"
Ингушский язык пир1а-элл "светсвкое общество"
Ингушский язык персо "жрец"
Ингушский язык пер1апе "вечность"
Ингушский язык перттика "киоск"
Ингушский язык пердо "полировка, глянец"
Ингушский язык перси дакъа "доля, удел"
Ингушский язык апперче "старое русло реки"
Ингушский язык пури "печь для выпечки хлеба"
Ингушский язык пурам "разрешение"
Ингушский язык пурх бе "брызгать"
Ингушский язык пурх "всплывание пузырьков газа со дна болота"
Ингушский язык пурх "фырканье, разбрызгивание слюны"
Ингушский язык пурам "свобода действий старца"
Ингушский язык пурга "безкрылая саранча"
Ингушский язык пурзи "саранча"
Ингушский язык пурмий бол "пошлина"
Ингушский язык пурмине "таможня"
Ингушский язык пурса "невнятно говорящий"
Ингушский язык пана-пурхыж "испуг, паника"

Ингушский язык Перун, изображение молнии Ц1ея на камне "Лапюпа"
Ингушский язык Отче "идол"
Ингушский язык Оабатаж "идол для ориентации"
Ингушский язык изготовитель идолов, имя.муж. дундий
Ингушский язык Пот "идол"
Ингушский язык Поти "жрица отсветсвенная за одеяния идола"
Ингушский язык рами "идол божества вырезанный из дерева, имя.муж"
Ингушский язык мун "фаллос, член"
Ингушский язык мунпакх "идолопоклонник" (араб.яз. мунафик")
Ингушский язык изображения ввиде вертикальных линий под глазами идола Туше1, считалось что это слезы богини дождя "туш-йи1ий б1арга хий
Ингушский язык ерданте "храм"
Ингушский язык закраж "святилище, помещение для хранения священной утвари"
Ингушский язык мусарха, музарг "святилище"
Ингушский язык сиелингь "святилище луны"

ОБРЯД ВЫЗЫВАНИЯ ДОЖДЯ У ИНГУШЕЙ: МИСТГУДАРЬГ
ОБРЯД ВЫЗЫВАНИЯ ДОЖДЯ У ИНГУШЕЙ и ЧЕЧЕНЦЕВ : МИСТГУДАРЬГ
У нас в народе в преданиях сохранился "Бог - Яраг1и", а так же тексты обрядовых песен вызывания дождя в пору засухи.
Къоршкъули х1ара ю.
Дог1а лохьа Дела.
Хьуна т1е ши буьртиг.
Даьттанца йовкхуш.
К1ех1, к1ех1 к1ентий.
Хьекъалда хьан баба.
Перевод.
Это есть каршкули.
Дай Бог дождя.
К семени два зерна.
С маслом - ведро.
Во дворе, во дворе молодцы.
Пусть расплодится у тебя баба.
Эту обрядовую песню вызывания дождя я лично слышал от стариков в другой форме, в пору засухи. В селе Гойты в 1958 - 1959 году, будучи 5 - 6 лет, мы дети со всех соседних улиц, собрались по велению взрослых, и бегали по улицам надев на голову мешки, \в виде армейского плаща накидки\ выкрикивая слова "къошкъари Яраг1и дог1а даита Дела". Где нас обильно поливали из вёдер у каждого двора и угощали сладостями. Это был праздник для детворы, которые только что вернулись из высылки, с Казахстана. И как будто бы, чувствуя настроение и веселье детворы. "Бог - Яраг1и" в насмешку нам, и за игривая с нами, послал солнечный дождик, где он чуть - чуть прибил только пыль. Но на следующий день пошёл такой дождь, что он \Бог\ действительно насытил землю. Этот обряд свидетельствует, что между человеческим разумом и вселенной \космосом\ есть связь, которую мы в данное время не можем понять.
Давайте посмотрим ещё на одну обрядовую песню вызывания дождя.
О Рало, Рало!
Дай дождя, боже.
Пшеницу уроди Села \
Эртиг зерна, два зерна.
С маслом шкворки, котла.
Къя молодцы!
Псть у вас будет урожай, молодцы.
Эти обрядовые песни вызывания дождя, свидетельствуют, что "Бог грозы - Яраг1и" возник именно в среде нахоязыческого народа.
В БЕЛОРУССИИ: В деревне Старый Дедин на востоке Беларуси сохранился древний обряд вызывания дождя. Во время сильной засухи женщины «пашут» реку Остёр плугом, напевая при этом песни, которые, как предполагают учёные, в далёкие времена использовались для вызывания духа дождя. Этот обряд является очень древним и имеет глубокие языческие корни.
У македонцев до наших дней сохранился обряд Додолы, направленный на заклинание дождя. По ингушски Дог1дала (дождь-дай)
У татар Во время обряда вызывания дождя у тарских татар мулла перерезал барану горло и с несколькими самыми старыми и почитаемыми стариками в деревне молился о дожде. Мясо барана готовили в казане с водой на костре и съедали его до последнего куска. После трапезы бараньи кости закапывались в чистом месте. В завершении обряда все жители шли к реке и обливали друг друга водой, этим показывая духам, что нужен дождь.
Ге́рман, Дже́рман — ритуальная кукла и название обряда вызывания дождя (реже исполняется в целях приостановления дождей). Обряд распространен преимущественно в северной Болгарии, в восточной Сербии и в Румынии. Представляет собой символические похороны куклы (реже — животного) по имени Герман или Гёрманчо, Георги, Герман-Гошо, Иван, Иванчо, Кабаиван (Странджа), (С)калоян (Добруджа), Кольо Лападчо (Ямбол). Вариантность наименований обусловлена разной временной приуроченностью обряда, совершавшегося начиная с первой недели Великого поста (р-н Тетевена) вплоть до дня св. Афанасия 5 (18) июля (сев. Добруджа): у бессарабских болгар обряд исполняется 1 мая — в день св. Еремии и кукла именуется Ерменчо, Иримия; если же вызывание дождя приурочено к 9 мая, дню Николы вешнего, используется имя этого святого — Никола, Кольо.
Герман нередко исполняется вслед за обрядом «пеперуда» (Додола). Участвуют преимущественно женщины, мужчинам доверяется лишь копать могилу и нести гроб к месту захоронения.
Tags: перун
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments