April 10th, 2016

ИНГУШСКИЙ ЯЗЫК ТЕПТОПТАПТУП

ИНГУШСКИЙ ЯЗЫК ТЕПТОПТАПТУП
Ингушский язык тепсаркъа: 1 повар переносной кухни, 2 кузнецпоходной кузницы.
Ингушский язык тепша: огнестрельное оружие.
Ингушский язык тепчат: тренировка по стрельбе из пистолета.
Ингушский язык теп: небольшое поселение, обычно, пограничное.
Ингушский язык тепкар: молитва, которая читается над животным при жертвоприношении.
Ингушский язык тепчан инза: запальная вставка |фитиль|кремневого пистолета
Ингушский язык тепча-ж1ов: отбойный молоток.
Ингушский язык агразтеп-пада: учение о вкраплениях в мозг тех или иных начал, следствием которых является бысфый переход от доброты к злу, а далее- хамство, затем-афессия, и, третье - садизм при высокой ментальности и разумности личности
Ингушский язык агразтеп: включения в мозговые полушария вкраплений из противоположных начал
Ингушский язык топа: ружейный
Ингушский язык топпара кхабилг: горшок
Ингушский язык топпар: глина
Ингушский язык магатоп: скорострельная пушка.
Ингушский язык моакхаза топ: кремневое ружье
Ингушский язык отта -топ: |воен| - автомат.
Ингушский язык сихатоп: автомат.
Ингушский язык тапасурт: пейзаж.
Ингушский язык тап: место замирания с прекращением зву-ков, шумов и даже движений членов тела |греч.topos - пребывание|.
Ингушский язык тап: стоп, остановка.
Ингушский язык тапа: плоская вершина горы.
Ингушский язык тапа: 1 тот, кто живет на вершине горы, 2 |в| имя муж.
Ингушский язык тапа: пробка, затычка.
Ингушский язык тапал: 1стол писаря, 2 письменный стол.
Ингушский язык тапар: большое покрывало.
Ингушский язык тапаркъа: 1 бугорок, нарытый кротом, 2|пе-рен| - |е|,-ыж|е|- крот.
Ингушский язык тапартип: выставление вперед рук для защиты при нанесении побоев.
Ингушский язык тапба: срезание вершины горы для забора камня, выравнивания плоскости при строительстве различных объектов.
Ингушский язык тапел: 1 табель, 2 ведомость.
Ингушский язык тапичера: обивка стен |фр. tapiserie-таписерия,ковровые изделия, гобелены|.
Ингушский язык таппал: тормоз.
Ингушский язык таппашке: |топ| - с. в древн. ингушетии, ныне раз-валины.
Ингушский язык тапру: 1|тпру, тпрру, фр| - успокаивание лошадиили др. животного при поимке его, 2 |воен. команда| - смирно.
Ингушский язык таптап: чечетка.
Ингушский язык таптар: 1 письмо, написанное |вырезанное| на колонне
Ингушский язык тапто: 1 замедленность, 2 вялость, неохотность.
Ингушский язык таптовжар: эпитет медведя, букв. залегаю-щий на зимнюю спячку |сравни русск. таптыгин эпитет медведя|.
Ингушский язык тапчал: ношение оружия |но чаще - герз- леладар|д||.
Ингушский язык селам-тапча: эпитет муж. полового органа.
Ингушский язык суртатапал: фото|
Ингушский язык аграффтап: стиль письма, написания.
Ингушский язык атап: 1гнет |филос|, 2|е| - крушилка |эпитет бабы-тарана| при разрушении крепости, 3|е| - гнет в кадушке |
Ингушский язык антапхьоале: оранжерея |греч. антополио цветочный магазин|.
Ингушский язык тупарх: 1 руководитель, 2 правитель.
Ингушский язык туп: 1 комплекс сооружений, расположенныхвблизи друг от друга |крепости, одна рядом сдругой, крепость и дома и т.д.|, 2 укрепленный лагерь.
Ингушский язык тупа: глухое поселение в горах.
Ингушский язык тупа-герзале: арсенал с оружием в лагере илипоселении.
Ингушский язык туп: 1 стопа, стопка, пакет, пачка
Ингушский язык туп-йилла меттигь: |топ| - название насыр-кортской холмистой гряды, где по преданиюрасполагался лагерь тохтамыша
Ингушский язык тупне: 1 район, 2 регион.
Ингушский язык тупха: дубке, звезда созвездия большой медведицы.
Ингушский язык тупц1и: огонь, зажигаемый от блестя-щей бронзовой тарелки, покрытой стеклом, отлучей солнца; тип линзы
Ингушский язык агачтуп: заготовленный для вывозки лес | тюрк. агач-дерево|./ ингуш яз г1ач палка
Ингушский язык дистип: 1 измерение, 2 |перен. - мерные вза-имоотношения|-
Ингушский язык дистип дожар : бесконтрольность, недисциплинированность, без-надзорность.
Ингушский язык дистипхьоале : учебное заведение
Ингушский язык дистипле: |букв. - измеряющее| - наука.

КОШКА

КОШКА

Ингушский язык котта: победитель |ница|
Ингушский язык кот: 1 высота, 2 достижение победа, 3 отмет-ка высоты у строителей на чертеже, на карте ит.д., 4 знак высоты тона в нотах.
Ингушский язык коти: 1 высокий, 2 живущий у вершины, 3 |в| имя муж.
Ингушский язык котигь: 1|котик|в.е|| - подросток. 2 победи-тель в детских соревнованиях, 3 |в| - имя муж.
Ингушский язык кото: глиняный сосуд с одной ручкой и узким гор-лышком |греч. - котон|. делали к. и из бронзы.
Ингушский язык коталон: победный, успешный
Ингушский язык коттийро: 1 превосходство, побеждание, 2 котировка.
Ингушский язык коттилар: 1 танец победы, 2 |перен| - воин-ственный танец.
Ингушский язык котто: 1 победитель. 2 установитель меры,составитель карт, 3 имя муж |см. лат. - котта,греч. - котту|.
Ингушский язык коттолзахо: пессимист.
Ингушский язык пескот: замес
Ингушский язык катоха: хватать (брать)
Ингушский язык католи: вознесение рук высоко над головойпри молитве.
Ингушский язык кати: 1 секретарь, делопроизводитель, писец 2|в|- имя муж.
Ингушский язык кататто: 1 невнимательность, безразличие, 2пренебрежение.
Ингушский язык еркат: завоевательный поход
ехкатро: |яхкатро|д|| - выкидыш |лат. -ectroma||
Ингушский язык аьркатре: придворный врач.
Ингушский язык априкато: пребывание на солнце.
Ингушский язык кирката: трибуна |греч. - керкида|.
Ингушский язык мякат: 1 суть, сущность, 2 качество.
Ингушский язык кит: брюхо
Ингушский язык китабе: книжный магазин.
Ингушский язык киттий: римлянин
Ингушский язык киркитака: |жреч| - млечный
путь.
Ингушский язык нар-кити: древняя книга с учением о солнце |не найдена|.
Ингушский язык поала-кити: книга для гадания, пособие длягадальщиков.
Ингушский язык функити: племенная книга, которая служиладля записи родословной элитных животных.

Ингушский язык кошто: 1 иждивенец |муж|, 2 |жен| - содержан-ка.
Ингушский язык кош: овчарня.
Ингушский язык никкоша: участник игр.
Ингушский язык кисмейла: человек, щедро раздающий деньги.
Ингушский язык кисрак: углубление.
Ингушский язык кисрахь: |анат| - женская матка, эпитет матки
Ингушский язык кис-мела: бедняк |букв. со слабым мешочкомдля денег|
Ингушский язык кирккис: ниша.
Ингушский язык каций: 1 помощник жреца при мистериях, 2 |в| имя муж.
Ингушский язык кац1ангь: позвонок, сустав запястья
Ингушский язык кац1увра: со слабой хваткой, маломощный, перен. не-доносок, слабый, безвольный.
Ингушский язык кишле: |зимняя| казарма.
Ингушский язык кишхьасап: зимний забой животных, зимняяторговля мясом.
Ингушский язык нокишкь: 1 женщина, работающая по ночам, имя жен.
Ингушский язык киште: 1 обледенелая глыба
Ингушский язык маш: сперма |отбираемая у животных приселекционных работах|.
Ингушский язык маш: 1 надой, 2 молочные продукты.
Ингушский язык маш: 1|лат. mas| - мужское начало, 2 пол человека.
Ингушский язык маш: тот, кто обладает мужским началом |видимо, отсюда идет выражение - машкиж|в|,добавляемое к имени, напр. - закре-машкиж|.
Ингушский язык машар: лад (мир), мир (мирное существование)
Ингушский язык маштаг: 1 женщ. или мужчина, содержа-щиеся в храме как суррогатные родители длясоздания потомства бездетным гражданам, 2имя муж
маштаг-някъан: род, фамилия в ингушетии, маштаговы.
Ингушский язык машхо: тот. кто разводит животных, искусственно оплодотворяя их.
машхой-някъан: машхоевы, род, фамилия в ингушетии.
Ингушский язык адамаш: люди, народ
Ингушский язык тамаште: 1 нечто дивное, чудное |др.-греч.τάύμάσίοтηтά|, 2 волшебство.

Происходит от праслав. *kotъ, от кот. в числе прочего произошли: др.-русск., церк.-слав. котъка (Пов. врем. лет), русск. кот, укр. кіт (род. п. кота́), болг. кот, сербохорв. стар. ко̑т, чешск., польск., н.-луж. kot. По-видимому, заимств. из народнолат. cattus «дикая кошка» (начиная с IV в. н. э.). Заимствование из готск. Даша Ашуркова весьма сомнительно; неприемлемо и объяснение из греч., поскольку ср.-греч.κάττα известно только с VI в. Предположение о заимствовании из ниж.-нем. katt (вопреки Кнутссону) неправдоподобно, если принять во внимание большое распространение этого слова в слав. языках; по культурно-историческим соображениям невероятно также исконнослав. происхождение или заимствование в балт.-слав. эпоху. Источник названия этого животного безуспешно искали в кельтск. и нубийском. Следует отделять от котиться. Использованы данные словаря М. Фасмера;см. Список литературы.

Ингушский язык ма1а-циск кот
Боснийский язык macak кот

ЛИКАНТРОП


Оборотень
ЛИКОНТРОП

Др.греч поисходит от др.-греч. λύκος(ликос) «волк»
Ингушский язык лихьанте "оборотень"
Ингушский язык лихь: 1 свирепость, 2 свирепый зверь.
Ингушский язык лихьа: колдовство.
Ингушский язык лихьанте: оборотень

Ингушский язык лихьба: волчья яма, воронкообразное углубление с острыми кольями, заделанными вгрунт для ловли и уничтожения волков.

Ингушский язык лихьбыз: острый кол, вделанный в грунт вволчьей яме.

Ингушский язык лихьдий: колдун |колдунья|
Ингушский язык лихьа де : 1|гл. ф. от де-делать| - навести порчу, 2 околдовать, сделать свирепым и невыносимым.

Др.русский язык Лихарь м. лихарка ж. лиходей, злой человек, колдун, знахарь, который портит людей.
Русский язык лихой "смелый, злой, упырь"
церк.-слав. лѣкъ "лечить"/ украинский язык. лік м., лíка ж. ...... Русский язык калека /ингушский язык халакх-ве "уничтожить"/ ингуш.яз. лекх, лекха, лакха, лекхар, лекхал "играть, петь"/ Шведский sv: spela (sv), leka "играть"/

англос. læce «врач», шв. läkare — то же, läkа «лечить». Число заимствованных форм при этом спорно, поскольку *lěkarь могло также быть слав. новообразованием на -аrь от *lěkъ «лекарство». Последнее могло произойти из др.-герм. *lēka- «лекарство»

Ингушский язык борз "волк"
Ингушский язык берт "волк"
Ингушский язык берталой."волки, объединяющиеся в стаю"

Ингушский язык вампал "упырь"
Ингушский язык убар "вампир"
Чеченский язык убар "вампир"
Татарский язык убыр "вампир"
Русский язык упырь "вампир"

Вампал, в мифологии ингушей и чеченцев огромное лохматое чудовище, обладающее сверхъестественной силой: иногда у Вампала — несколько голов. Вампалы бывают как мужского, так и женского пола. Длинный хвост, грива -это делает вампала очень ценным для охотников, ибо мех у зверушки очень теплый, а на рынке дорогой. Самая большая опасность- это когти и клыки вампала, так как они у него не маленькие. В холке кошка 1, 70 метра; в длину с хвостом 3,5 метра.В сказках Вампал — положительный персонаж, отличающийся благородством и помогающий героям в их битвах.

УПЫРЬ

Происходит от укр. упи́рь, род. п. -я, блр. упiр, др.-русск. Упирь – имя в Кн. пророков под 1047 г., болг. въпи́ръ, чеш., слвц. upír, польск. upiór (судя по начальному u-, заимств. из вост.-слав.). Реконструкция праслав. формы сопряжена с трудностями: *ǫруrь или *ǫpirь. В пользу первой возможности высказываются Брюкнер (594; «Slavia», 13, 279), Ильинский (РФВ 65, 226), которые сближают -руrь с нетопырь (см.). Другие предпочитают, особенно ввиду др.-русск. формы, – *ǫpirь и сближают последнее с пари́ть, перо́ (см.); ср. Соболевский, РФВ 65, 409 и сл.; Голуб–Копечный 403 (где также др. возможности); Вайан, «Slavia», 10, 676 и сл. Согласно Соболевскому, нем. Vampir «вампир» происходит из полаб. или др.-польск. Еще иначе Мошинский (RS 12, 81), который сравнивает это слово с сербохорв. пи́рати «дуть». Сомнительно в фонетическом отношении популярное толкование из тат. ubyr «мифологическое существо» (Радлов I, 1782 и сл.), которое связывают с uрmаk «глотать» (Мi. ТЕl. 2, 181; ЕW 375; Преобр. I, 64; Горяев, ЭС 388; Младенов 57; против, что справедливо, Корш, AfslPh 9, 676 и сл.; Мi. ТЕl., Nachtr. 1, 61). Неприемлема также этимология от авест. vyāmbura- «враждебный воде»
Ингушский язык убар, вампал "вампир"
Татарский язык убыр "вампир"
Русский язык упырь, вурдалак
Ингушский язык бурдолаг, имашк лит мышь
Чеченский язык бирдолаг "литучая мышь"

Вампироподобные духи, называемые Лилу (Lilu), упоминаются в ранней вавилонской демонологии, а кровососущие акшары — в ещё более ранней шумерской мифологии. Эти демонессы скитались в темноте, охотясь и убивая новорождённых младенцев и беременных женщин.

Даханавар (арм. Դախանավար) — в древнеармянской мифологии вампир, который проживает в горах Ултиш Альто-тэм. Он прославился тем, что никогда не убивал жителей, которые жили на его землях[17].

В Индии рассказы о веталах, вампироподобных созданиях, которые вселяются в трупы, были распространены в санскритской новеллистике. Сборник «Двадцать пять рассказов Веталы» рассказывает о царе Викрамадитья и его попытках поймать неуловимого веталу. Истории о ветале были собраны в книге Баитал Пачиси (Baital Pachisi). Ветала — это нежить, которая так же как и летучая мышь ассоциируется с современными вампирами, ассоциировалась с висящими вниз головой на деревьях, растущих на землях, где кремируют покойников, и кладбищах.

Миф о вампирах, в том виде, в котором он нам известен, появился в Восточной Европе из славянского фольклора (более подробно рассмотрено в следующем разделе), где вампирами были существа, убивающие людей путём выпивания их крови, либо через удушение. Вампир мог быть уничтожен, если ему отрезать голову, вонзить осиновый кол в его сердце и сжечь труп.
Мананангал — филиппинский вампир.

Ингуш яз Берта "волчий" / русский язык обрат-тится/ оборот/ оборотень/
Оборотни -обряд превращений у вайнахов

Однажды хромой Темир, у которого пропал сын, зашел в кузницу. Кузнец в то время спал, и Темир, не желая нарушать его сна, присел возле него и стал ожидать, пока он проснется. Он заметил, что из носа кузнеца вышла муха, поползла по щипцам через миску на наковальню. За наковальней была большая трещина; муха спустилась в эту трещину и оставалась там довольно продолжительное время. Затем она выползла обратно, и, миновав наковальню, стала переправляться через миску по тем же самым щипцам, но во время переправы упала в воду. Долго билась она в воде, с трудом выползши на щипцы, вошла обратно в нос кузнеца. «Кажется, я долго спал!» – «Да, и я сидел все время, пока ты спал», – ответил Темир. Темир говорит кузнецу: «Развлеки ты меня. У меня пропал сын, и я в большом горе. Расскажи что-нибудь». «А что рассказывать. Мы все равно не сможем добраться до того, что я видел во сне». Темир стал просить его рассказать свой сон. Тот начал: «Во сне я переправился через большую реку и железную гору и спустился в большую пещеру, где был клад золота и серебра; я долго там стоял, не будучи в силах оторвать глаз от блеска и роскоши. Но сознавая, что мне надо вернуться, я выбрался из пещеры. Когда я на обратном пути переправлялся через реку, то упал с моста и чуть было не утонул». Темир понял, что душа кузнеца выходила в виде мухи. Догадавшись, что в кузнице должен быть клад, он уговорил кузнеца уступить ему это место. Вскопав затем место, куда ползала душа кузнеца, Темир открыл несметные богатства, на которые он собрал войско и покорил весь мир.

Это сказание имеет для нас двойной интерес: во-первых, здесь мы встречаемся с верою ингушей в реальность сновидений, которые играют вообще в первобытных религиях существенную роль; во-вторых, здесь в представлениях чеченцев душа является материальною; они никак не могут себе представить абстрактной, нематериальной духовной сущности человека. Интересно сопоставить такое представление о душе у чеченцев с подобным же у сибирских бурят, у которых религиозные воззрения на загробный мир во многом сходятся с древнейшим верованием чеченцев.

В одной бурятской сказке вполне отчетливо передается представление о вещественности души, которая может слышать, видеть, причем принимает образ пчелы., Один бурят увидел, как из носа спавшего товарища выползла пчела, как она летала около юрты, залетела в какую-то нору, затем выползла из отверстия и, возвратившись в юрту, ходила по краю корыта с водою, потом, упав в воду, с трудом из нее выбралась и, наконец, опять вернулась в нос спящего. Из расспросов оказалось, что сновидения спавшего бурята вполне соответствовали действиям и приключениям пчелы. Этим объясняется, почему буряты никогда не убивают пчел, залетающих в юрт

Гам-саг у ингушей называют колдуна, чаще это бывает колдунья*. Образ у гам-саг – человеческий, но они отличаются способностью превращаться по ночам в кого угодно: в кошку, собаку и пр. При превращении душа гам-сага покидает тело свое где-либо на земле, а сама, превратившись в животное, уходит. Говорят, что если в ее отсутствие перевернуть оставленное тело на другую сторону, то душа по возвращении не может уже больше войти обратно в него, и гам-саг умирает. Приведу следующий, интересный и во многих других отношениях пример.

Один зять поехал к своей теще. Он лежал в постели, но не спал и следил за тещей, которая в это время чистила шерсть на чёхре (гребень). В башнях бывает дыра, «отверстие для ласточки». Вдруг в это отверстие кто-то закричал теще: «Выходи, мы уже готовы!». «У меня гость», – ответила теща. «Что ж такое, и у нас есть гости, но пир у нас назначен, и мы идем». Теща сказала: «Черт с вашими гостями», – погасила огонь, сняла с гвоздя палку, достала какую-то краску из рога и помазала ею палку. Палка превратилась в лошадь; теща села на нее и поехала. Зять удивился происходившему и не мог разобраться, во сне или наяву это было. Он стал смотреть по стенам, увидел другую палку на гвозде, снял ее и помазал краской. Вышла лошадь. Он сел на нее и поскакал за тещей. Доехав до места пиршества, он остановился поблизости, чтобы слышать разговоры. «Тут пахнет не нашим духом», – говорили собравшиеся, но не могли найти его.

«Давайте кидать жребий, кому выпадет жребий, тот должен убить человека». Кинули жребий, и он выпал теще. «Ну, теперь выпал твой жребий; ты должна убить человека», – объявили ей все. «Но мне некого убивать. Правда, у меня гостит зять. Я пошлю его за дровами в лес, он разрубит себе топором ногу; когда выйдет кровь, я оближу первую кровинку, и он от этого умрет», – сказала теща. Те ответили: «Нам все равно, кого бы ты ни убила, теперь рассветает, и пора нам расходиться». Услышав это, зять поскакал обратно, лошадь его сама превратилась в палку, и он по-прежнему лег в постель. Вскоре приехала домой и теща. Утром зять говорит: «Теперь я поеду домой». Теща отвечала: «Я сижу без огня; ты бы привез мне дров». «Мне некогда, надо домой ехать», – отказывался он, но в конце концов уступил проемам тещи и поехал за дровами, надеясь, что будет осторожен. Однако во время работы он позабыл об опасности и нечаянно разрубил себе ногу. Тотчас же прилетела муха и села на рану. Но он поймал муху, положил ее в кисет, спрятал в карман, запряг арбу и поехал домой. Теща лежала в постели и охала, «А, – подумал он, – должно быть, эта муха – она. Придавлю-ка кисет». Сдавив кисет, он увидел, что теща упала в обморок; он немного разжал руку, и теща снова пришла в себя. «Ну, значит, это правда, – подумал он. – Если я отпущу муху, то я умру, если убью ее, то умрет теща». Он послал за своей женой и рассказал ей о случившемся, что муж ее ранил себе ногу, а мать умирает от болезни. Он ей сообщил, что или он должен умереть., или мать ее: что делать? «Чем умирать тебе, лучше пусть погибнут мать и вся ее порода: если ты не убьешь муху, то я ее убью». Жена взяла у него кисет, вышла из башни и растоптала ногами муху. Вернувшись в башню, она нашла мать мертвою. Мать похоронили, а муж поправился и остался жив.

Есть такое предание (хабар) стариков, – прибавил Ганыж, – и это, говорят, правда». Про таких колдуний знают и чеченцы Ичкерии; они голые по ночам ходят по горам задом наперед и ищут травы, зелья, на которых они и колдуют.

Приведенное здесь предание интересно во многих отношениях: во-первых, оно подтверждает верование чеченцев, что душа человека принимает образ мухи; во-вторых, на примере тещи мы видели, что, когда душа отсутствует, человек все-таки продолжает жить. Отсюда ясно, что или душа у человека двойственна, или же она одна, но может придавать жизнь телу, даже находясь вне его, или, наконец, часть души может остаться в теле, а часть, более существенная (материальная), выйти из него. Вообще, понятия чеченцев о душе смутны и неопределенны, а абстрактный элемент смешивается с материальным и проч.

Это понятие о душе сохраняется и в других сказаниях чеченцев. У каждого человека, по преданию, записанному мною со слов того же ингуша-старика Ганыжа, имеется так называемый тарам (гений человека); он живет там, где его хозяин, и бывает такой же на вид, каков и хозяин. Все, что происходит с человеком, в том же виде отражается и на его тараме; если заболеет человек, то болеет и тарам его; если за ним люди ухаживают, то этим самым одновременно ухаживают и за его тарамом; умирает человек, вместе с ним умирает и его тарам; если он (человек) женится, то и тарам женится на тараме жены своего хозяина.

Большею частью тарам, сопровождая всюду своего хозяина, чтобы лучше оберегать его, из боязни, как бы шайтаны[134]‘ не убили его [хозяина], находится среди нечистой силы, удерживая ее от причинения зла хозяину. Одному ингушу показалось, что к нему приближается шайка шайтанов. Он, испугавшись, взял ружье и выстрелил по ним; в это время его тарам находился среди шайтанов, и выстрел попал ему в ногу. После этого, без всякой иной причины, хозяин захромал. Отсюда ясно, что тарам, будучи гением-хранителем человека, является в то же время и его нераздельной частью, его alter-ego. Двойственность и материальность души и в данном случае подтверждается.

В селении Байни некоторые другие ингуши мне представляли тарам несколько в ином виде. Тарам, по их словам, является духом – покровителем дома; это домашний дух. Он защищает дом от всяких несчастий, являясь его защитником во всем; это добрый, а не злой дух по своей природе. В каждой семье, состоящей из мужа и жены, обязательно есть свой тарам. Он не имеет определенного местопребывания, подобно русскому домовому или осетинскому Бунатихидсау, не связан неразрывно, подобно последним, с домом, с двором, но следует всюду за своим хозяином. «В одной родовой башне жило четверо братьев, – рассказывал мне один старик. – Все они были женаты и имели детей; каждый из братьев жил в своем отделении в башне, и у каждого из них был свой отдельный тарам, все четыре тарама жили между собою так же дружно, как близкие, и пребывали в башне. Когда нужно было, все они сообща помогали членам покровительствуемого ими рода. Когда братья покинули башню и выселились, каждый в особое место, то их тарамы ушли к ним на новоселье, каждый к своему хозяину. Иногда все четыре тарама сходятся в родовой башне и совещаются между собою; они сообща обсуждают поступки своих хозяев и высказывают довольство по поводу всего хорошего, сделанного ими, и осуждают их за дурные поступки». Несмотря на свою врожденную доброту, тарам наказывает своего хозяина за дурные поступки. Наказание тарама носит исправительный характер и совершается из доброжелательства к хозяину, в виде напоминания, предостережения, дабы он впредь не совершал дурных поступков и вел себя лучше; он насылает болезни на детей, смерть их, падеж скота и т.п. Здесь тарам является могущественным блюстителем интересов дома; не может быть никакого сомнения, что этот домашний дух – не кто иной, как предок; прежнее поклонение ему забыто, забыто и его происхождение, но, судя по аналогии с верованиями других кавказских горцев, у которых сохранился культ предков, и судя по верованиям других народов, этот дух не может быть кем-либо другим. Ему; по всей вероятности, в прежнее время приносили жертвы, ему поклонялись и почитали; с прекращением культа семейного, прекратилось и почитание его. По всей вероятности, в рассказе Ганыжа этот домашний дух успел уже превратится в гения[135] – покровителя человека, в его alter-ego;

Рассказ Ганыжа о зяте и теще важен и в том отношении, что в нем мы встречаемся с верой чеченцев в ведьм[136], оборотней; оборачиваться [т.е. перевоплощаться] может не только человек, но и животное – лошадь. Здесь, думается мне, нужно видеть основание для возникновения веры в одухотворение чеченцами не только животных, но и неодушевленных предметов; видя собаку, бегущую кошку, скачущую лошадь или какой-нибудь предмет вообще, чеченец может принять их за оборотней, т.е. приписывает им душу человека, антропоморфизирует их, и это случается легко всякий раз, когда на помощь этому является какое-нибудь необъяснимое либо поражающее его воображение событие или когда он увидит это во сне. Так или иначе, чеченец – антропоморфист, каковы и все дети, каковы и дикари, а отчасти и наши поэты.

Здесь, после знакомства с представлениями чеченцев о духе своем, мы перейдем, как этого требует логическая связь, существующая между ними, к описанию духов природы и демонов или духов, наполняющих собою все окружающее человека пространство. Мы прежде всего встречаемся с уподоблением их человеку. «Когда американские индейцы или африканские негры веруют, что воздух вокруг них кишит сонмами невидимых духов, это не представляется бессмыслицей, – говорит Тайлор. – Они хотят этим сказать, что жизнь полна случайностей, которые не происходят сами собой[137]. Духи являются причиною почти всего происходящего в мире, действуя или непосредственно сами, или под чьим-либо наблюдением, по повелению их властителей.

Чеченцы создали духов под давлением необходимости объяснить явления природы. Объяснение сложилось на почве почитания духов предков и свойственной уму чеченцев антропоморфизации окружающей действительности.

В журчащих горных ручейках обитает Химехки-нана, т.е. Мать вод (в единственном числе Хи-нана – Мать воды; хи – вода, нана – мать). Про нее ингуши рассказывают (по словам Ганыжа), что раз как-то она погналась за нарторштхойцами, когда последние возвращались с охоты; но один из них в борьбе с ней успел ее изнасиловать, и она, как нечистая, не могла более преследовать их и возвратилась к себе в воду. О существовании верования в Хи-нана не только у ингушей, но и у остальных чеченцев, мы узнаем впервые от Головинского[138].

Этот водяной дух. Хи-нана, сочувствует людям и предупреждает их о бедствиях, их ожидающих. Являясь в общество, которое должно постигнуть несчастье, она горько плачет и тоскливо поет песни, похожие на причитания над умершими. Чеченцы рассказывают, что за четыре месяца до взятия русскими аула Цюрик-Юрт в 1851 г. Хи-нана явилась в этот аул и предсказала его падение.

В лесах обитают лесные люди – hyno-саг, или алмасы. Про них поют в песнях:

Как алмасы думают с лесами,

Как утки думают с Тереком,

Так ты думаешь со своим сердцем.

Алмасы бывают мужчины и женщины. Мужчины покрыты волосами, имеют страшный вид, свирепы и коварны; на груди у них находится острый топор. Лесных женщин ингуши представляют как людей, отличающихся необыкновенной красотой; роскошные волосы у них доходят до самых пяток и имеют золотисто-серебристый цвет[139]. Но по характеру своему как лесные мужчины, так и женщины одинаково злы, коварны и опасны для людей, хотя и не особенно; но благодаря тому, что проклятия их имеют силу, они ненавидят людей и проклинают их род при встрече с ними.

Чеченцы Шатоевского общества представляют себе алмасов несколько иначе; они являются страшными женщинами огромного роста с огромными грудями, перекинутыми через плечи за спину, и с длинною, до земли густою рыжею косой. Любимое их занятие – пляски; закинув груди на спину, подняв руки вверх, пляшут при лунном свете[140]. О пляске, как о любимом их занятии, говорил мне и старик Газбык. Они выходят навстречу человеку в белой одежде и просят пойти с ними танцевать. Один ингуш на просьбу пойти танцевать, отказался, алмас сказала: «Пусть три дня он будет немой», и он онемел на самом деле. Про алмас плоскостные чеченцы рассказывают[141], что это существо женского пола, являющееся людям в человеческом образе на кладбищах, по вечерам в глухих местах аула, леса, по дорогам и тому подобным местам. Существо это – полуплоть, полудух. Оно предвещает смерть человека заунывным пением, произнося часто имя жертвы и испуская при этом стоны. Вера в алмасов весьма еще сильна у чеченцев. Но никакие пересказы не могут дать того наглядного представления об алмасах, какое дают нам следующие рассказы самих чеченцев, записанные мною со слов старика Ганыжа.

«Один охотник пошел в лес и повстречался с алмасом, у которого на груди был топор острием наружу. Он присоединился к охотнику, и они пошли по лесу. Алмас хотел ночью убить его.

Кроме алмаса, чеченцы знают и убура; это не что иное, как злой дух, вошедший в какое-либо животное; это – вампир, пьющий кровь у человека.

ГУБА, ШЕЯ, СПИНА, НОС


ГУБА

Ингушский язык пяш "нижняя губа"/ Абхазский язык апышә "губа"/ Адыгейский язык ӀупшӀэ "губа"/ Лезгинский язык пӀуз "губа"/ Молдавский язык бузэ "губа"/ Чешский язык: ret, pysk "рот"/ Словацкий язык pysk "губа"
Ингушский язык лабий "оттопыренная губа"/ латынь labea "губа"/ Английский язык: lip "губа"/ Датский язык: læbe "губа"/ Итальянский язык: labbro "губа"/ Капампанганский язык: labi "губа"/
Кашубский язык lëpë "губа"/ коми-пермяцкий язык льӧб "губа"/ Немецкий язык Lippe "губа"/ Норвежский язык leppe "губа"/ Нижнесаксонский язык: Lipp "губа"/
Ингушский язык мурро "кошачья губа"/ Арагонский язык labio ; morro "губа"/ Лакский язык мурччи "губа"/
Ингушский язык борда "губа"/ чеченский язык балда "губа"/ русский язык болтать/ Словацкий язык pera; pysk "губа"
Ингушский язык туш-з1ильг "центр.кончик верхней губы"/
Ингушский язык таот "линия верхней губы"/ Чувашский язык тута "губа"
Ингушский язык таэц "линия нижней губы"/ Грузинский язык ტუჩი (tuč̣i) "губа"
Ингушский язык хуп1 "деревянная ложка, / горячая еда поедамая с деревяной ложи , и чаще обжигает губы"
Верхнелужицкий язык(украин.яз.) huba "губа"/ старочешский язык húba «морда, рот»/ украинский язык гу́ба «рот»,
Ингушский язык ба "детский поцелуй" / кормление изо рта в рот пережеванной пищи"

ЭТИМОЛОГИЯ (мнение ученных ленгвистов)
Происходит от праслав. *gūbā, *gɨ̄́bnǭtī, от кот. в числе прочего произошли: укр. гу́ба «рот», болг. гъ́ба - то же, сербохорв. гу̏бица «морда, рыло», словенск. gȏbǝc «морда», чешск. huba, стар. húba «морда, рот», польск. gęba «рот, морда», в.-луж. huba, н.-луж. guba. Восходит к праиндоевр. *ghūbh-. Возм., родственно греч. γαμφαί, γαμφηλαί « скулы», лит. gémbė «гвоздь, сучок», первонач. «острие, выступ». Ср. лат. mentum «подбородок, выступ», кимр. mant «скула», готск. munþus «рот». Наряду с этим имеется возможность общего происхождения с губка II. Использованы данные словаря М. Фасмера; см. Список литературы.

ШЕЯ

Ингушский язык фоарт "шея"/ Чеченский язык ворт "шея"/ Ингушский язык кач "шея" (воротник)
Праславянский язык vortъ "шея"/ болгарский язык врат "шея"/ в.-немец. язык Vortuch «передник, фартук»/ ингушский язык толг "фартук"
Русский язык ВОРОТ *vьrtjǭ, *vьrtḗtī; *vьrtǭ, Миша Лукичевī; *verteno; *vortъ, от кот. в числе прочего произошли: др.-русск. воротити, ст.-слав. вратити (др.-греч. στρέφειν), русск. воротить, болг. въртя́, сербохорв. вра́тити, словенск. vrátiti, чешск. vrátit, словацк. vrátiť, польск. wrócić, в.-луж. wróćić, н.-луж. wrośis; восходит к праиндоевр. *wert-. Родственно лит. vartýti «поворачивать, вращать», латышск. vä̀rtît «валять, катать», др.-инд. vartáyati «вращает, крутит», готск. frawardjan «развращать», далее, лит. ver̃sti, verčiù «поворачиваю, заставляю», др.-инд. vártatē, vartati «крутится, катится», лат. vertō, -ere «поворачивать»,
Латынь verto "поворачивать"
Русская ШЕЯ: ст.-слав. шиІа/ сербохорв. ши̏jа, словенск. šíja,Праслав. *šija, вероятно, первонач. имело знач. «ворот, воротник»
Ингушский язык хъордаг "зоб"
РУССКАЯ ГОРТАНЬ
Происходит от праслав. *grъtanь, от кот. в числе прочего произошли:укр. горта́нь, ст.-слав. грътань (Син. пс.), словенск. grtánǝc, чешск., словацк. hrtan, польск. krtań; праслав. *grъtanь, частично сближено со словом го́рло. Использованы данные словаря М. Фасмера; см. Список литературы.
Ингушский язык хардангъ "зоб, гортань"
Праславянский язык grъtanь "гортань"/Руссий язык гортань/ Персидский язык (gardan) "шея"/ Лезгинский язык гардан "шея"/
Ингушский язык ларингь "гланды"/ Болгарский язык: ларинкс "гортань"
Латинский язык la: larynx "гортань"/ Итальянский язык it: laringe "гортань"
Ингушский язык.: къакъ 1 зев, 2 горловина, 3 жерло трубы
Лакский язык lbe: кьакьари "гортань"/эвенкийский язык кавка "гортань"
ингушский язык кхалхкаш "гланды"/ осетин.яз. хъæлхъæлаг "гортань"/ Немецкий язык de: Kehlkopf "гортань"
Ингушский язык къамарг "горло"/ Мокшанский язык df: къргапарь "гортань"
Ингушский язык къур "пещевод"/ Эстонский язык et: kõri "гортань"/ финский язык kurkunpää "гортань"
Ингушский язык лак, лакаш "глотка"/ сербский язык лакати "пить"
Ингушский язык глоток "курд, гульп, кульг"/ Английский язык gulp "глоток"/ Голландский язык teug "глоток"/ Ингушский язык туг, шод "слюна"
сербский язык гутати "глотать"/ Кхмерский язык km (tɨk moat) "слюна"
крыммскотатар.яз. tükürşük "слюна"/ Армянскийhy: թուք (t’uk’) "слюна"/Чеченский язык туй "слюна"
Китайский язык tuòyè "слюна"/Даргинский язык ту даххас "плеваться"/ ингуш.яз. туг дакхас "слюну бросить"
Ингушский язык ратассильг "слюнотечный канал во рту"/ Английский язык en: saliva "слюна"
Латинский язык la: saliva "слюна"/Литовский язык seilė "слюна"/Казахский язык сілекей "слюна"/Татарский язык tt: селәгәй "слюна"
ст.-слав. сльзъкъ "слизь"/ Ингушский язык бадкъа "слизь"/ тебетский язык бадкан "слизь"
Ингушский язык къамарг "горло, шея"/ Ингушский язык къур "пищевод(глотка)/Эрзянский кирьга "шея"/ Чешский язык: krk "шея"/осетинский язык хъуыр "шея"/ Мокшанский язык кърга "шея"/

Ингушский язык миндакъ "позвоночник"
Ингушский язык тева "точка на позвоночнике, нажатие на которую производило обезболивание(отключение нервной системы)

Ирландский язык muineál "шея"/ Алтайский язык: мойын "шея"/ Казахский язык мойын "шея"/ Каракалпакский язык moyın "шея"/ Хакасский язык мойын "шея"/
Ингушский язык букъа-т1ехк (спины кость) "позвоночник"/ Английский язык backbone "позвоночник" (спины кость)
СПИНА
Ингушский язык БУКЪ "спина"/ Бухъ "зад, назак"
др.-англ. bæc «спина»;/др.-в.-немец. bah "спина"/ праславянский язык бок "спина,нутро"/ русский язык бок "сторона" "боковая"
Английский язык back "спина"/ Исландский язык(скандинав.яз) bak "спина"/ Фарерский язык: bak "спина"/
рутульский язык йикъ "спина"/ ингушский язык букъ, юкъ, вукъ, дукъ "спина, хребет"/ шумерский язык дуку "гора, хребет"/ ингуш.яз. юкъ "поясница"/ чеченский язык букъ "спина"
ингушский язык аркъа "спина"/ ингуш.яз. аркъал "навзничь"/ ингуш.языке аркъал вожа "упасть на спину"
татарский язык арка "спина"/ Казахский язык: арқа "спина"/ башкирский язык арка "спина"/
латынь. spīna «хребет»/ ингушский язык пен "стена"/
Ингушский язык, чеченский язык гиба, гиболла, гиборра "горбытый, носить на спине"/ ингушский язык агибал "воспитанник" "заготовка, сырье"
Латинский язык gibbosus, gibber, gibberosus "горбатый"/ русский язык гибкий, сгибать/испанский язык gibado "горбатый"
Ингушский язык букътебьена "горбатый"/ Немецкий язык buckelig "горбатый"
Исландский язык(скандинав.язык викингов) korpa ж. «морщина, складка», korpna «собираться в складки, съеживаться»
ингушский язык хабор "морщина, складка"/ русский язык горб/ ирландский язык gerbach «морщинистый»

ПАЛЕЦ

церк.-слав. язык пальць "палец"
Происходит от праслав. *раlъ, от кот. в числе прочего произошли: др.-русск., церк.-слав. пальць, русск. палец, укр. па́лець, болг. па́лец «большой палец», сербохорв. па̏лац (род. п. па̑лца), словенск. palec, -lса «большой палец», чешск., словацк. palec — то же, польск. раlес «палец», в.-луж., н.-луж. раlс «палец», полабск. рólас — то же. Праслав. *раlъ сохранилось в беспа́лый, шестипа́лый. Обычно считается родственным лат. роllех, -icis «большой палец (на руке, на ноге)» др.-в.-нем. fuolen «чувствовать, ощущать»
Праславянский язык раlъ "палец"
Ингушский язык п1елг "палец"/ чеченский язык пелг "палец"
Нижнелужицкий язык(украин.яз): palc "палец"/ Хорватский язык: prst "палец"/ Литовский язык: pirštas "палец"
Ингушский язык переста "годовое кольцо дерева"/ русский язык перстень "пальцы, кольцо"
др.-русск. пьрстьнь, укр. перстінь, ст.-слав. пръстень, сербохорв. прстен, словенск. pŕstan, pŕsten, чешск. prsten, словацк. prsteň, польск. pierścień, полабск. parstén.

ЗУБ
Ингушский язык царг "зуб"/ Аварский язык: ца "зуб"/ Адыгейский язык цэ "зуб"/
Ингушский язык донда "ряд зубов" лохера донда "нижний ряд зубов"/ древнегреч. язык донды "зуб"/ Арагонский язык: dient "зуб"/ русский яз. дантист/ Астурийский язык: diente "зуб"/
Итальянский язык: dente "зуб"/ Корнский язык: dans "зуб"/ Ломбардский язык denc; dent "зуб"

Ингушский язык кхала-ш "коренные зуб"/ ингуш.яз. кхал "зуб"/ праславянский язык kelъ "зуб"/ польский язык kieł "клык"/ сербохорв. ка̀љак (род. п. ка̀љка) «зуб лошади, по которому узнают ее возраст»/ словенский язык kȇl "клык"/ чешский язык kel "клык"/ Украинский язык ікло "клык" русск. клык, клы, и́клы «клыки, петушиные шпоры»
Ингушский язык теж "передние зубы"/ Башкирский язык теш "зуб"/ Алтайский язык тиш "зуб"/ Английский язык: tooth (мн. ч. teeth) "зуб"/ Якутский язык: тиис "зуб"/ Хакасский язык: тіс "зуб"/
Ингушский язык коача оатонта "зубной порошок"/
Ингушский язык тента "десна"/ ингуш.яз. тентигъ "зубчик"/ бурский язык (немец.яз): tand "зуб"/Лимбургский язык: tandj "зуб"/ Шведский язык tand "зуб"/
Фарерский язык: tonn "зуб"/ Нидерландский язык tand "зуб"/
Ингушский язык увлуцергъ "резец"/ Ингушский язык тедигъ "резец" "передний зуб"
Ингушский язык к1омсар "клык" "гребень для расчески"/ ингуш.яз. комби "чесать" комдан "чесать"
Немецкий язык: Kamm м. -s, Kämme "расческа, гребень"/ Норвежский язык kam "гребень"/ Датский язык kam "расческа, гребень"/ Английский язык: comb "расческа"

Ингушский язык забб "чокание"
Ингушский язык забан "плуг, тип сохи"/
Ингушский язык забава "пробование вина"
Ингушский язык забадий "пресс для давки винограда"
Ингушский язык зубейра "наблюдатель, часовой" имя.муж.

Происходит от праслав. *zǫbъ, от кот. в числе прочего произошли: др.-русск. зубъ, ст.-слав. зѫбъ (др.-греч. ὀδούς), русск., укр. зуб, болг. зъб(ъ́т), сербохорв. зу̑б (род. п. зу̑ба), словенск. zȏb, чешск., словацк. zub, польск. ząb (род. п. zębu), в.-луж., н.-луж. zub. Родственно лит. žаm̃bаs жем. «острый предмет, грань балки, мыс», латышск. zùobs «зуб», лит. žam̃bis «соха»; с другим вокализмом: žem̃bti, žembiù «разрезаю», авест. zǝmbayađvǝm «вы дробите», др.-инд. jámbhas «зуб, пасть», мн. «челюсти», греч. γόμφος «колышек», γομφίος «клык», алб. гег. dhąmр «зуб», тоск. dhëmp — то же, др.-в.-нем. kamb «гребень», тохарск. А kаm «зуб», В keme. Ср. еще зуба́тый, сербохорв. зу̀бат, словенск. zobàt, чешск. zubatý «зубастый, зубчатый», польск. zębaty, лит. žambúotas «с острыми краями», греч. γομφωτός «с колышками»; далее см. зяба́ть, зя́бнуть. Первонач. знач. «раздробитель». Возможно, зуб точнее считать восходящим к и.-е. *ǵon-bhos «выступ, выросшее» — от *ǵen- «рождать(ся)».

НОС

Ингушский язык мераж, наш, мара "нос"
Ингушский язык насса "верша, петля"
Ингуш.яз. наш "нос" ноуша "разбухать"/ др.-инд. (санскрит) nā́sā . «нос»/ латышский язык nãss «ноздря»/ праиндоевроп.язык *nas "нос"/ норвеж.язык nos «морда»/ ср. староангл. nosu, англ. nose, нем. Nase, нид. neus, швед. näsa, nos, дат. næse, норск nös, др. фриз. nose)
Ингушский язык мара, мераж "нос"/ чечен.яз. мара "нос"
Бурятский язык хамар "нос"/ Якутский язык: мурун "нос"/ Монгольский язык хамар "нос"/ вьетнамский язык mui "нос"/ каталонский язык ensumar "нюхать"
Ингушский язык мераж "нос"/ Болгарский язык мириша "нюхать"/ Латинский язык odoror "нюхать" (ингуш.яз. оатттур "приятный запах")/ Сербский язык: мирисати "нюхать"
Румынский язык: mirosi "нюхать"/ Македонский язык мириса "нюхать"/ белорусский язык насмарк "насморк"/

Ингушский язык несал "послушание"/ ингушский язык несалха "прислужник"
Русский язык неси, унеси, нести, носить, ноша/
Происходит от праслав. Анастасия Лунина, от кот. в числе прочего произошли: др.-русск., ст.-слав. нєсти, несѫ (греч. φέρειν, ἐκκομίζειν), русск., укр. нести, болг. неса́, сербохорв. нѐсе̑м, нѐсти, словенск. nesti, nésem, чешск. nést, nesu, словацк. niesť, nesiem, польск. nieść, niosę, в.-луж. ńesć, н.-луж. ńasć. Родственно лит. nèšti, nešù «нести», латышск. nest, nęsu, nesu — то же, nę̃sa^t «носить», авест. nasaiti — то же, греч. аор. ἤνεγκον, ἐνεγκεῖν «нести»
Ингушский язык нус, нускал "сноха, невеста"
СНОХА, НЕВЕСТКА
Ингушский язык нус \нускал \несарш\ "сноха, невестка"
грузинский язык нус» "сноха"/ менгрельский язык носа, ниса "обозначают невестку"
в чанском языке нуса - "невесту, невестку"/ аварский язык nus - невестка
осетинский язык нyост - невестка/ общеиндоевропейский язык nous «сноха»
лезгинское sos – невеста, новобрачная/ ингушский язык сес "женское" ингуш.яз. сесаг "баба, жена"/ табасаранское sus – новобрачная, агульское sus - молодая жена, невестка
адыгский язык. ныса "невестка"/ кабардин.яз. нысащ1э "невестка"/ арчинский язык нусггур "невеста"/ армянский язык нус "невеста"
праславянский язык (древнерусский язык) snous "невестка"/ русский язык неуеста "В=У "невеста"/ ингуш.яз. неус-истий "сноха женщина" невеста-телка-скраю"
лат. noverca «мачеха» с исходным *nevēsōr./ кабардинском нысащ1э (молодая невестка), нысэгъу (невестка, жена брата мужа), нысэлъыхьу (сват, сватовство), нысащэ (свадьба), нысэтын (подарки от невестки), в адыгейском нысак1э, нысэгъу, нысэтын, нысэжъ (старшая невестка).
С вайнахской формой совпадает аварское нус (сноха), армянское нус (невестка), чанское нуса( невестка), грузинское нусадиа (жена дяди), мегрельское nosa (невестка). Это слово встречается и в осетинском языке - нисса (дама, невестка)

Хас-Магомед Xаджимурадов Чеченец- Рассказ старца


Хас-Магомед Xаджимурадов Чеченец- Рассказ старца

Помню как-то весной, по аулу шагал,
Был весел и юн, полной грудью дышал.
Кто не весел друзья, коль в расцвете он сил,
То у Бога тогда жизнь другую просил.

Вдруг навстречу гляжу старец хилый идет,
И сгорбившись совсем, еле ноги плетет.
И в глазах старика было столько любви,
Когда взгляд его падал на горы мои...

В дом его пригласив, и чем мог угостил,
Я с дороги ему предложил: "Отдохни!"
- Знать, в Чечне горский дух, еще не угас -
он сказал, и поведал такой мне рассказ.

Был когда-то и я также молод и юн
Но свалилась беда на нас и чечню
и меня молодого и полоного сил
солдат со звездой в вагон затощил

Мать больную мою, что лежала без сил
Он с криком предатели, здесь застрелил
А что нам пережить нам в дороге пришлось
На веки вечные в память вошло

Сколько голод и тиф, жизни наши забрал
Сколь детей сладость жизни ушло не познав
До сих пор стоны их, часто слышаться мне
Только лишь не пойму, наяву иль во сне

И в холодных степях, всеж мы выжить смогли
Не знаю тогда в этом нам помогли
Лиж безмерное чувство, любви к тем горам
И преданость горцев к родимым краям

Мне все это сказав, он собрался вновь в путь
И добавил все что, я сказал не забудь
А теперь я пойду, не могу здесь сидеть
У подножья тех гор я хочу умереть