Дагот Ур (akievgalgei) wrote,
Дагот Ур
akievgalgei

Categories:

Ингушское воспитание (Ф.И. Леонтович)

Ингушское воспитание (Ф.И. Леонтович)

мальчику с раннего детства внушалось, что он призван в будущем играть главную роль в семье, что он — опора дома. Семи-восьми лет воспитание мальчиков обычно переходило в руки мужчин, приобщавших их к чисто мужским профессиям.с 12—14 лет помогал-отцу в полевых работах, ухаживал за скотом, косил и возил сено, заготавливал топливо на зиму, выполнял и другие работы. Мальчики обычно вращались в кругу взрослых, могли присутствовать при разговоре мужчин (хотя и не имели права вмешиваться в их дела, беседы, а должны были стоять в стороне и почтительно слушать взрослых).
Его (мальчика) мировоззрение и нравственные черты, как будущего главы семьи и члена общества, формировались в кругу старших. Сугубо «мужским» занятиям учили его старший брат, дядя, отец (сажал на подводу и качестве возчика, поручал выполнять несложные работы, приучал к самостоятельности и т. д.).
Когда мальчику исполнялось 15—16 лет, он шел с подарком к своему дяде по материнской линии, а тот в свою очередь должен был одарить его конем или другими дарами. Этот древний обычай (.«барч»), восходящий, видимо, своими корнями к эпохе матриархата, считался своего рода «признанием» совершеннолетия молодого человека. В тех семьях, где совместно проживали родители отца или его старшие родственники, они играли важную роль в вооли-т'ании мальчиков, приучая их к труду, знакомя с традициями и историей народа по сказкам, преданиям и легендам. Обычно же старики присматривали за мальчиками и воспитывали их в духе народных традиций.
Большое значение вайнахи придавали трудовому воспитанию детей, справедливо считая, что именно через него формируются необходимые нравственные качества будущего члена общества. О том, что ингуши придавали большое значение подготовке детей к трудовой жизни, говорит содержание устного народного творчества, а также практика семейного воспитания. Труду мальчиков в детском возрасте придавался порой увлекательный игровой характер, который облегчал выполнение всевозможных поручений взрослых.
В фольклоре ингушей глубокое обобщение получила мысль, что только в труде человек обретает счастье, что полезен обществу тот, который трудится, что труд является важнейшим средством формирования в человеке лучших нравственных качеств («Человек хорошеет только в труде», «Чело век почитается по результатам работы его рук», «Цена чело­века — его работа»
В трудовой семье воспитывались и такие высокие нравственные качества, как честность и правдивость, скромность и вежливость, гостеприимство и др. С понятием честности и правдивости у ингушей связывалось и представление об общественной силе человека («Если честен, то силен»). Культивировалась бескомпромиссность и постоянная предпочтительность этих позиций («Если даже горько, говори правду», «Сидеть можешь криво, но говори прямо», «Сумей сдержать слово» и др.). У детей вырабатывались сдержанность («самое лучшее в нраве — сдержанность»), выдержка, разумное терпение («у разумного есть терпение»). Их учили быть скромными ('«не хвали себя, если ты хорош, тебя и так заметят»).
Народная учение вайнахов резко осуждала себялюбие, самовосхваление, зазнайство, хвастовство, зависть, ложь и другие пороки. Большое внимание уделялось воспитанию у детей таких нравственных категорий, как дисциплинированность, I чувство коллективизма, послушание, уважение к родителям и ^старшим вплоть до беспрекословного повиновения, верность в дружбе, любовь к родине. В мальчиках воспитывали храбрость, стойкость, самоотверженность, в девочках — терпеливость, верность, безропотность и покорность старшим, а в будушем — мужу.
Борьба против иноземных поработителей, специфика внутреннего раннеклассового устройства требовали физически сильных людей. Именно поэтому, наряду с трудовым и общественно-нраветвенным воспитанием, ингуши уделяли много внимания физическому и военному воспитанию.

Ф. И. Леонтович в своей рукописи «Быт и воспитание горцев», описывая адыгейское племя, приводил интересные сведения о состоянии физического воспитания детей ингушей и чеченцев с давних времен до конца XIX в., и указывал, в частности, что в ранний период у чеченцев встречаются аналогичные древнегреческим элементы физических упражнений и состязаний.
В содержание военно-физического воспитания входили у ингушей: верховая езда, борьба, метание камня, копья, прыжки с шестом, плавание и др. Обучение мальчика верховой езде начиналось с того момента, как только он мог держаться в седле. Тренируя коней, мальчики развивали у себя сноровку и ловкость.
Подобные качества приобретались мальчиками и в массовых играх, состязаниях. Отметим, что в подростковом и юношеском возрасте игры и праздники имели 'большое воспитательное значение. Например, игра в «войну». Она проводилась так: «Зимой после уборки хлеба и сена мальчики разделялись на две партии, нападают друг на друга.
Популярны были «скачки с обрыва», которые вырабатывали решительность, смелость и умение в совершенстве управлять своим конем, а также игры-состязания, требовавшие ловкости, гибкости и находчивости. Некоторые из последних описаны в литературе.
Большой массовостью отличалась также игра «Урожайная» или «Изобильная». Мальчиков-подростков учили участвовать в игре «пахарей», которая представляла большой интерес и проводилась во время весенней вспашки земли под посевы.

Общий характер носили конные состязания. К ним особенно тщательно готовили наездников, начиная с двух-трехлетнего возраста. Мальчикам-подросткам поручалась тренировка коня, включавшая в себя малые заезды, полудневные и дневные переходы, уход за конем. Например, даже существовала целая «наука», выработанная на протяжении многих столетий истории использования вайнахами лошади.
Уход за лошадью требовал большого труда и терпения. Ухаживая за конем, мальчик должен был строго соблюдать определенные правила — уметь протирать шерсть копя, купать его, тренировать и т. п. Тренируя лошадь на выносливость и силу, горцы учили ее преодолевать различные 'Препятствия. Наблюдавший подготовку лошадей Семен Бропевский писал, что «смелые наездники приучают своих лошадей бросаться с утесов и с крутых берегов рек, не разбирая высот оных.
Физическое воспитание девочек в прошлом кое в чем мало отличалось от мужского. Согласно преданиям и легендам, женщины могли на полном скаку стрелять из луков, метко попадая в цель, ходили на охоту, выполняли 'Практически тяже лые работы в хозяйстве, заменяли мужчин, ушедших в поход и др.
Народная учение уделяла внимание условиям и средствам воспитания. Считалось общепризнанным, что привитие детям нужных качеств должно было начинаться возможно более рано — «гни кол, пока хворостина, вырастет — согнуть не сможешь» — в смысле «воспитывать нужно смолоду».

Без согласия в семье — несчастье». Обычаи запрещали отцу (мужу) ругать мать (жену) при детях. «Жену, с которой думаешь |жить, — не позорь» и т. п. Ингушское общество осуждало родителей, если дети росли непослушными, осуждало за то, что те не могли дать им требуемого воспитания.
Одним из методов воспитания детей в семье являлось наставление. Наставления касались разных сторон жизни, когда разъяснялось, что и как надо делать, как вести себя в присутствии старших в семье, на улице и в обществе. Дурные поступки детей осуждались не только родителями, по и всем обществом. Провинившемуся ребенку говорили обычно: «Ты унизил меня», «Ты опозорил мою честь» и т. д.
В семейном и общественном воспитании детей большую роль играли народные певцы, которые хорошо знали историю своего народа, его устные предания, песни, пословицы и поговорки. Со званием народного певца связывался идеал справедливости. Народным певцом мог быть только честный человек. Песни прославляли мужество, героизм и ум человека, а также содержали едкие слова по адресу ленивых, нечестных и трусов. Они имели большое влияние на ингушей. Характерной чертой семейно-бытовых отношений ингушей с древнейших времен являлся обычай глубокого почитания родителей и уважения старости. Обычно во всех случаях старший по возрасту говорил первым, молодой человек уступал ему свое место, слушал советы, не садился при старших и т. д. Это положение неоднократно подтверждается многими дореволюционными авторами.
В высшей степени считалось неприличным вмешиваться в разговор старших, громко смеяться в их присутствии, говорить то, что непристойно полу и возрасту, совершить какой-либо невежливый поступок в присутствии родителей (особенно стариков), курить, оговариваться и т. д.
Следует сказать и о воспитании у подрастающего (поколения уважения к матери и женщине. Если, например, подросток I видел, что женщина рубит дрова, несет тяжелый груз, он дол-жен был помочь ей. Отношения между членами в семье ингушей базировались на уважении друг к другу (в том числе, братьев к сестре); высоко ставился авторитет матери, бабушки.
Таким образом, на протяжении многих столетий народный этикет подкреплялся рядом определенных нравственных норм, ] установлений и обычаев, которые диктовались теми условиями, в которых общество в целом не могло материально обеспечить спокойную старость, а поэтому родители целиком и полностью могли рассчитывать только на своих детей и видели в них единственную опору и защиту в старости.
Таким образом, из краткой (и, конечно же, не совсем полной) характеристики- методов и системы воспитания у и ингушей видно, что они в прошлом придавали этому большое значение. Воспитание подрастающего поколения было одной из насущных проблем в практической программе и морально-этической основе жизни вайнахского, как и любого дру­гого народа.
В то же время, вполне оценивая положительные стороны в семейном и общественном воспитании детей у ингушей, следует указать и на его отрицательные стороны, обусловленные патриархально-феодальным бытом семьи и влиянием религии, в том числе ислама. Огромный вред воспитанию детей причиняло мусульманство, которое стремилось использовать в своих интересах положительные требования народной педагогики. Так, прекрасное чувство уважения к старшим служители ислама стремились использовать для воспитания детей в духе покорности и послушания аллаху, Магомету, в духе уважения к деятелям религии — муллам^ эксплуататорам-князьям интересы которых защищала мусульманская религия.
Священное чувство — патриотизм, готовность к защите родной земли муллы стремились использовать для борьбы против иноверцев. При этом подавлялось все, что шло вразрез с догмами ислама: чувства дружбы и братства между народами, взаимной поддержки и выручки в борьбе против общих врагов.
Чувства уважительного отношения к родителям использовались муллами в целях воспитания у них слепого повиновения отцу. Отрицательное действие на воспитание детей оказывали также отношения сдержанности между родителями и детьми.

бряд рождение детей у ингушей и чеченцев

у вайнахов к арсеналу магических средств и методов помощи роженицам относилось расплетание узлов, при котором говорили «роди так же», и т. п. 21 После появления на свет ребенка повивальная бабка обрезала, перевязывала веревочкой («ц1опгу») Пуповину, причем оставшуюся ее часть высушивали и хранили в люльке для лечебных целей. Например, по сообщениям наших информаторов, при заболевании у ребенка живота его массировали этой пуповиной или же, отмочив в молоке или воде, давали пить. Когда ребенок вырастал, пуповину прятали в сухое и дальнее место — «меттах цахьадеча».
Еще древние индийские врачи учили: если дитя родится на свет с какими-то телесными дефектами (деформация головы, ног, рук и т. д.), то их следует исправить. Этого же мнения придерживались ингуши, у которых способы правления родовых дефектов имели свои особенности. Ребенку до трехлетнего возраста по утрам, когда он просыпался, и по вечерам, когда он ложился в колыбель, мать или бабушка специально прямили пальцы рук и ног (равно и нос), массируя их иногда так сильно, что ребенок порой плакал от боли.
По свидетельству одного, из дореволюционных врачей, ингуши в первые три дня завертывали новорожденного только в пеленки из ношеного платья. Затем натертый маслом ребенок облачался в распашонку, сшитую из разноцветных ситцевых лоскутков. Разноцветные лоскутки использовались для распашонок, чтобы сохранить ребенка разных болезней.
Вообще цель пеленания различна: защита от холода; предохранение ребенка от лишних движений; стремление избежать невольного повреждения слабых членов ребенка при неосторожности обращения с ними.
Первое пеленание, как показывает опрос информаторов, _ происходило ингушей, как правило, через несколько дней после рождения, причем после этого ребенка клали в люльку — «ага, аг» по-ингушски.
Обычно первый раз укладывал мальчика в люльку жизнерадостный, здоровый, статный и красивый юноша, а девочку — молодая, хорошо сложенная девушка, которая была первенцем в своей семье. Для этого действия у чеченцев и ингушей хорошими днями считались вторник, четверг, воскресенье.
Перед тем как уложить ребенка, всех присутствующих кормили кашей — «худар», «ч1апилгаш» (лепешки с кроме этого, необходимо было угостить и соседей.
С самой колыбелью у чеченцев, ингушей был связан ряд важных поверий. Так, никогда не разрешалось качать пустую .люльку, ибо считалось, что у тех, кто будет потом лежать в ней, никогда не родится потомства. Не трогали и зря не завя зывали «кохкарш» матерчатые полосы для привязывания-ребенка к люльке. Нельзя было переносить ребенка и через перекладину люльки. Кроме того, колыбель, как правило, ориентировали головной частью на восток или на юг.
Как уже отмечалось, рождение сына всегда встречалось с большой радостью. При этом приговаривали: «ворх1 воша воша хьалда» (быть ему братом семи братьев). Даже при рождении девочки высказывали пожелание, выражавшее мысль об «идеальной» семье: «ворх1 веши ийша халда» — (быть ей сестрой семи братьев).
Появление на свет младенца мужского пола часто служит поводом к торжеству и угощению в доме отца. В семье ингуша' появление па свет ребенка мужского пола бывает выдающимся событием. Ради такого события ингуш охотно режет барана и угощает своих родственников и знакомых, пришедших на праздник (поздравить его). Эти последние на радостях, в честь появления на свет мальчика и в свою очередь также дарят счастливому отцу, кто может, барана, корову... Женщины приносят роженице в дар какую-нибудь изготовленную пищу, кур, яйца, масло и др.
В честь такого важного события назначался определенный срок и устраивались большие скачки с достаточно дорогими призами для победителей: дорогой кинжал с поясом, медный кувшин для воды и др. Следует отметить, что на праздник в честь наследника собирались не только родственники, но и все желающие.
Напротив, появление на свет девочки' обставлялось без афиширования. В этом случае отец имел сконфуженный вид, всякий встречный избегал напомнить ему о свершившемся у него в семье событии, и только женщины-родственницы и соседки приходили проведать роженицу 30. Однако, если в семье до того были только мальчики, то рождение девочки встречалось с радостью и сопровождалось некоторыми торжествами.
Важным моментом в послеродовой обрядности было наречение именем — «ц1е тиллар. Имя давали обычно не родители, а дед, или бабушка.
У ингушей не существовало какого-то обязатель-| но установленного именослова. традиционные имена — Таус (павлин) , Олхазар (птица), Ножчь (дуб), Бордз (волк), Арсамак, Берс, Лорс и др. С целью обережения новорожденного давались имена Ваха (живи), Дукха Ваха (долго живи), Ви-| сита (оставайся) и др. В том случае, когда в семье рождалось много девочек, их называли Тоита (хватит), Сацита (преврати) и даже Ялита (умри), что, впрочем, бывало крайне I редко. Если же дочь была единственной среди нескольких мальчиков, ей давали имя Яха (живи), Яхита (пусть живет), Дукха Яха (долго живи).
У ингушей практиковались всевозможные приемы, связанные с верой в магическую силу, преследовавшие цель предохранить младенца. Так, под подушку ребенка клали острые предметы (нож, ножницы, спички и др.)
Ингушские женщины также при купании ребенка клали в воду кусок древесного угля.
Если возникало подозрение, что ребенка сглазили, тут же начиналось «лечение».Прежде всего применяли окуривание — («к1ур туха»), для чего свекровь. 1 отрезала от одежды всех домашних, и даже соседей, небольшие | лоскутки или нитки, брала синюю тряпку, проделывала в ней девять отверстий, добавляла чуть-чуть масла, соль, чешую ; лука или чеснока, траву-приправу, а затем все это поджигалось, и ребенка полностью окуривали этим едким дымом.
Другой способ так называемого лечения состоял в том, что ; Старик на листок бумаги выписывал заклинание, после чего эта бумага бросалась в воду, которой поили и купали ребенка. Бытовал и обычай, когда после установленных ритуальных действий в горящий огонь бросали соль и муку. Считалось, что когда соль лопается в огне, болезнь оставляет ребенка. Вариант такого «лечения» описан этнографами: «Знахарки у ингушей при лечении от ««сглаза» трижды обводили вокруг головы больного щепотку соли и, нашептывая на нее заклинания, бросали в огонь». Это могла делать и делала любая пожилая женщина в доме.
Зафиксирован в полученной нами информации (среди ряда других) и такой способ «лечения» и распознавания «сглаза».Брали посуду с водой и в нее (с перечислением имен подозреваемых в «сглазе» лиц) бросали древесные угольки. Затем | этой водой смазывали ладони рук, ноги, головку ребенка, поили его этой водой.
Известно, что одним из проявлений культа мертвых у народов мира являлось сочетание страха перед умершим с заботой о нем. У ингушей отмечен весьма интересный обряд. Когда по улице проходила траурная процессия, то спящих детей (и даже взрослых) считалось необходимым быстро разбудить и поднять на ноги, пока процессия не пройдет мимо дома. от того, чтобы в тело спящего якобы не вселился дух мертвого.
В дореволюционном прошлом, подтверждается данными раскопок средневековых склеповых могильников 41. По ингушским воззрениям, имелись определенные предметы, по которым определяли, долго ли будет жить ребенок. Так, например, если у ребенка длинные уши, то считали, что он будет жить долго. А.если ребенок был умен не по летам, тревожились, что он проживет недолго.
Великая Октябрьская социалистическая революция внесла существенные изменения в изучаемые обряды, которые стали очень быстро трансформироваться под влиянием тех огромных социальных и культурных преобразований, которые происходили в крае, как и по всей стране.
Но следует отметить, что некоторые из описанных обрядов и обычаев сохраняются до настоящего времени, порой — в трансформированном виде.
Свидетельством огромных культурных сдвигов в вайнахской семье является продолжающийся на наших глазах отход от многих родильных обрядов, в том числе связанных с магическими и религиозными представлениями.
Как и у других народов, у чеченцев и ингушей практиковались два вида воспитания — семейное и общественное. Наибо лее важное значение придавалось семейному воспитанию, где выделялись два возрастных рубежа, соответствовавших приблизительно ше-сти-восьми и дееяти-двенадцати годам (они-заметно выявляли традиционное различие в положении мальчиков и девочек).
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments